Летим в Пешавар с остановкой в Дубае. Летим немного нервно, потому что пытаемся вспомнить, что хорошего в России связано со словом Пешавар. На ум же приходят только война в Афганистане, талибы и тот факт, что именно из Пешавара 1 мая 1960 года вылетел самолет-разведчик У-2, сбитый советскими ПВО. В Пешавар прилетаем рано утром. Нам страшно.
Но страшно было недолго. После того как нас вполне вежливо пропустили через паспортный контроль, где российские паспорта не вызвали никаких подозрений (хотя нас и отметили в какой-то отдельной книжечке), мы поняли, что наши опасения оказались напрасными – забегая вперед, скажу, что редко в какой стране мира к нам относились более открыто и доверчиво.
Пешавар удивил с первой минуты. Выйдя сквозь таможню в здание аэропорта, мы увидели стену совершенно одинаково одетых людей – длинные рубашки, на головах – шапочки, которые мы видели в фильмах про моджахедов. И вся эта стена – сплошные мужчины.
Большинство населения Пешавара – административного центра Северо-Западной пограничной провинции Пакистана, на самом севере которой находилась конечная цель нашего путешествия, долина калашей, – пуштуны. Они, как известно, не признают границу между Афганистаном и Пакистаном (так называемую «линию Дюранда», проведенную британцами в 1893 году) и постоянно переходят из одной страны в другую. В этой части Пакистана исламские традиции особенно сильны, и все женщины сидят по домам, а если изредка и выходят на улицу, то закутанные с головы до ног в бесформенные одежды. Именно поэтому улицы в Пешаваре – полностью во власти одетых в длинные рубашки и безразмерные штаны мужчин и детей. Пройдя сквозь их ряды, мы были подхвачены гидом и увезены в гостиницу. На протяжении всего путешествия по Северо-Западной пограничной провинции мы ни разу не встретили человека, одетого по-другому. Даже в зеркале достоинства этой одежды, идеально подходящей для местного климата, мы оценили уже на следующий день. Отличия проявляются только в цветах материи, хотя вариантов тут немного – белый, зеленый, голубой, фиолетовый и черный. Эта униформа создает странное ощущение равенства и единения. Впрочем, наши пакистанские друзья уверяли нас, что весь вопрос в стоимости – многие переоделись бы в европейскую одежду, не будь она такой дорогой. Нам же было трудно представить удобство джинсов при 40 градусах жары и 100-процентной влажности…
Приехав в гостиницу и познакомившись с ее директором, мы узнали, что во время недавних военных действий США в Афганистане гостиничный бизнес пережил краткую эпоху «Золотого века». Многие журналисты жили в Пешаваре, чтобы оттуда прорываться в Афганистан, или же просто вели прямые трансляции из города. Этот краткий период принес хорошие деньги – туалеты и ванные сдавали журналистам по 100 долларов за день. Остальное население получало дивиденды, изображая воинственные демонстрации – бывают ситуации, когда какое-то событие уже прошло или было недостаточно красочным, но вот 100, а лучше 200 долларов вполне в состоянии его приукрасить и даже повторить… В то же время «Золотой век» сослужил и дурную службу – телекадры разошлись по всему свету, и у мирных жителей Земли сложилось впечатление, что Пешавар – это постоянно клокочущий котел, а потому с тех пор иностранцев в здешних гостиницах уже не видели…
Пешавар имеет древнюю и богатую историю. Дата его основания теряется в I тысячелетии до н. э. Он расположен на выходе из Хайберского прохода, ведущего из Афганистана в Индию, – основного пути торговцев и завоевателей. В I веке Пешавар стал столицей Кушанского царства и важным центром буддизма. В VI веке город был разрушен и многие столетия пребывал в запустении. А в XVI столетии снова приобрел значение в качестве крупного городского центра империи Великих Моголов.
Слово «пешавар» часто переводится как «город цветов», хотя существует много других версий его происхождения – и «персидский город», и город Пурруса в честь забытого короля Инда, и тому подобное. Самим же пешаварцам нравится думать, что они живут в городе цветов, тем более что в прошлом он действительно был славен окрестными садами. В наши дни ритм жизни в Пешаваре во многом задает близость к Афганистану – огромным количеством афганских беженцев времен еще советско-афганского конфликта. Официально общее их число составляет более 2 миллионов человек, но реальное их количество вряд ли возможно определить. Ну а жизнь людей, покинувших свои места, как известно, непроста. Поэтому процветают едва ли не все виды контрабанды, а также бизнес по изготовлению оружия (нам даже предложили поехать снять процесс производства дешевых автоматов Калашникова, но мы не поехали). Хотя большинство, конечно, занято вполне мирными делами – сельским хозяйством и торговлей. Пакистанцы говорили нам, что их в Афганистане не жалуют, и когда им приходится ездить туда, то предпочитают выдавать себя за жителя любого другого государства.
А пакистано-афганский котел продолжает кипеть. Афганцы воспринимают талибов как пакистанских агрессоров, а отнюдь не как освободителей. Пакистанцев же не на шутку беспокоят огромные потоки афганских беженцев, которым их государство вынуждено оказывать помощь. При этом пакистанцы обижаются, что афганцы не испытывают к ним никакого чувства благодарности – поскольку границы между странами они не признают, соответственно, и беженцами себя не считают. И разобраться, кто прав, кто виноват, не представляется возможным.
Мы гуляли по Пешавару… Город – далеко не в лучшем состоянии. Многие дома в центре покинуты, улицы не всегда приведены в порядок. В то же время люди на улицах вполне оптимистичны и дружелюбны. Мы ни разу не поймали на себе подозрительных или неприязненных взглядов, даже наоборот – нам разрешали снимать почти все. Отличительная черта Пешавара – огромные старые автобусы. Раскрашенные всеми немыслимыми цветами, с развевающимися черными обрывками материи (чтобы отгонять злых духов), они беспрерывно сигналят и носятся по улицам города, как пиратские корабли. В день, когда мы приехали, в Пешаваре прошел ливень и по улицам текли реки воды – для того чтобы перейти на другую сторону, нам пришлось взять такси.
Еда была вкуснейшей. Для российских граждан возникает только одна проблема – в Пешаваре нельзя купить алкоголь, даже иностранцам, даже в баре пятизвездочного отеля. Мусульманин же, пойманный с алкоголем, получает тюремное заключение продолжительностью до 6 месяцев.
…Вечером мы уже готовились к следующему этапу путешествия – в 5 утра мы вылетали в город Читрал – в горы Гиндукуш, а оттуда – на поиски таинственных калашей.
