На следующий день мы пошли изучать Читрал. Город стоит на берегу живописной и очень бурной реки. Вода в ней серого цвета, и когда реку освещает солнце, кажется, что это не вода, а жидкие камни несутся куда-то с высоких гор Гиндукуша. Горы, кстати, действительно высокие, местные жители говорили, что у шеститысячников даже нет названий – имена имеют только те горы, которые выше 7 000 метров. Кроме того, в Пакистане находятся пять восьмитысячников (включая вторую по величине гору в мире К-2).
В городе расположен старинный форт, принадлежавший еще читральским королям. Им и по сей день владеют их потомки как частной собственностью. Нынешние его хозяева вынашивают идею реконструкции форта и превращения его в музей, но до ее реализации пока еще далеко. Есть здесь и великолепная старинная мечеть. Основное спортивное сооружение города – стадион для поло, здесь же проводят и футбольные состязания. Климат в Читрале кардинально отличается от пешаварского. В горах дышится несравнимо легче, да и воздух, несмотря на более чем 30-градусную жару, прохладней. Читральцы рассказывали нам про свою трудную жизнь зимой: про огромные очереди на самолеты (иногда рейса ждут до 1 000 человек), про то, что лекарства найти нелегко, что всего три года назад в городе не было нормальной связи. Кстати, в горах есть еще один проход, через Афганистан, но сейчас он закрыт по понятным причинам.
Читральцы гордятся своей историей – в прошлом Читрал был одной из важнейших вех на Великом шелковом пути. Другим важным событием в истории было противостояние русских с британцами в XIX веке. В то время симпатии местного населения разделились – одни были за русских, другие за англичан. Британцы пугали местных жителей русскими солдатами и активно строили форты, а после образования Туркестанского края в 1880-х годах заблокировали дороги. Граница Российской империи проходила совсем рядом – до Таджикистана отсюда всего несколько десятков километров.
…Наша главная цель – деревни калашей – была совсем близко, в двух часах езды. И мы двинулись навстречу загадочным потомкам воинов Александра Македонского. Ехать пришлось совсем уж узкими ущельями. Горы Гиндукуша смыкались, как будто не желая пускать нас в калашские долины. Зимой проехать по этим дорогам действительно проблема, а лет 20 назад дороги не было вовсе. Добраться до деревень можно было только пешком. Электричество калашам провели только 7 лет назад, и есть оно не всегда, особенно часты перебои зимой. Наконец доехали до самой большой деревни калашей Бумборета, кроме нее есть еще две большие деревни Румбур и Брир – всего в них живет около 3 000 человек.
Калаши – не мусульмане, у них своя религия, о которой мы еще расскажем, поэтому калашские девушки не прячут своих лиц, и это обстоятельство привлекает сюда многочисленных туристов из Пакистана. Помимо этого, девушки с детства должны носить красивые вышитые платья и очень живописные национальные украшения. Первой, с кем нам довелось познакомиться, была тринадцатилетняя Зайна. Она учится в 8-м классе местной школы и иногда подрабатывает гидом. Зайна – девушка доброжелательная, хотя и излишне задумчивая, от нее мы узнали много интересного.
Во-первых, оказалось, что Бумборет – это не одна деревня, а много разных с непохожими названиями, и Брун, и Батрик, та же, в которой мы находились, называется Каракал. Бумборет же – это название долины, где течет чистейшая одноименная река. Во-вторых, Зайна никогда в жизни не слышала про Россию. Как же так, расстроились мы: «Москва! Петербург! Россия!», в ответ на это Зайна только неуверенно улыбалась. Сначала мы попробовали было убедить нашего гида Джамиля, что он неправильно переводит. На что он обиженно ответил, что говорит на 29 языках Пакистана (не считая японского и английского) и что ошибки быть не может – слово «Россия» он произнес аж на пяти местных наречиях. Тогда нам пришлось смириться, хотя мы твердо решили добраться до истоков этого неведения: мы же видели, что на улицах большинство мужчин ходят с радио, главным источником знаний для большинства пакистанцев. Зайна объяснила нам, что новости слушают мужчины, девушки же – только музыку. Это объяснение нас устроило, но мы все же незаметно поинтересовались, чему обучают в местной школе. Оказалось, что школу построили греки.
Пока весь мир сомневается в греческом происхождении калашей, сами греки им активно помогают. Мы потом увидели и школу – подарок от греческого народа, и больницу. А потому нас не удивило, когда на вопрос, какие страны она знает, Зайна твердо ответила: «Греция!»
Мы зашли к ней в гости, где нас гостеприимно встретили ее отец, мать и бабушка. Они вместе принялись убеждать нас в том, что калаши ведут свое происхождение от воинов армии Александра Великого. Эта давняя история передается из уст в уста уже множество лет – письменных же источников у калашей нет.
Легенда гласит, что в эти места пришли два воина и две девушки, отколовшиеся от греческой армии. Мужчины были ранены и не могли передвигаться. Именно они и положили начало калашскому народу.
Калаши много веков жили изолированно. Мы спросили про недавнюю историю с насильственным их обращением в ислам – в Сети можно найти статьи на эту тему. Молодые отвечали уверенно, что ничего такого они не видели, ответы пожилых были более уклончивыми, но они также уверяли, что каких-то жестких мер не помнят. Переход в ислам происходит тогда, когда калашская девушка выходит замуж за мусульманина, что случается нечасто. И хотя на местах сбора калашей мы заметили надписи «Мусульманам вход запрещен», чисто житейские отношения между двумя народами показались нам более чем терпимыми.
Еще отец Зайны показал, как играют в любимый калашами вид спорта гал. Для нас он похож на разновидность лапты, гольфа и бейсбола одновременно. Играют в нее зимой, соревнуются двое. Клюшкой бьют по мячу, потом оба этот мяч ищут. Кто первый нашел и прибежал назад – тот и выиграл. Счет идет до 12 очков. Нельзя сказать, что мы очень хорошо разобрались в тонкостях его правил, но зато поняли, что главное в этой игре – ощущение праздника. Жители одной деревни приходят в гости в другую – поиграть, а затем принимающая сторона готовит угощение на всех.
А еще мы узнали, что в течение месяца, как раз в это время, происходит ежегодный праздник Рат нат, то есть ночной танец, на который приходят жители других калашских деревень, а также туристы из Пакистана, и что сегодня мы тоже сможем его увидеть. С плохо скрываемой радостью мы заверили, что обязательно придем.
