Один из самых технологически оснащенных и занимательных музеев Америки – Международный музей шпионажа – можно было бы назвать Музеем ошибок. Ведь именно из-за ошибок имена агентов разных уровней становятся сначала достоянием гласности, а потом пополняют музейную коллекцию. Так, в залы музея в результате утечек, провалов и разоблачений прибывают досье и послужные списки шпионов, информация о шпионском оборудовании, сенсационные истории о шпионской деятельности. Один из последних примеров и одновременно один из главных героев музея – Олдрич Эймс, высокопоставленный офицер ЦРУ, имевший доступ к самой секретной информации. Мир узнал его имя только тогда, когда он, провалившись в 1994 году, был пожизненно заключен в американскую тюрьму.
Что касается шпионского оборудования, то оно – также разоблаченное – представлено в экспозиции музея во всем своем многообразии. В качестве примера можно привести один из самых впечатляющих экспонатов – деревянный резной орел-герб США. ФБРовцы и сотрудники музея назвали его The Thing, то есть «Штука», почти как персонаж фантастического триллера. Эта «Штука» была подарена московскими школьниками послу США в Москве в 1946 году, когда «холодная война» (главный и самый богатый с точки зрения музейных материалов период истории ХХ века) только начиналась. КГБ оснастил этого орла жучком, который активировался из микроавтобуса, припаркованного неподалеку от посольства, на Садовом кольце. Посол повесил милый подарок от пионеров в своем рабочем кабинете непосредственно над рабочим столом…
Разоблачили орла лишь через 6 лет – в 1952 году, а его начинку продемонстрировали мировому сообществу только в 1960-м: послу Генри Кэботу Лоджу и его коллегам было стыдно перед налогоплательщиками за многолетнюю утечку сверхсекретной информации. После обнародованиия всех фактов получился скандал и конфуз. Вопрос только в том, чей же это был провал – КГБ или ФБР?
Международный музей шпионажа в Вашингтоне (ММШ), как настоящий современный интерактивный музей, не только обрушивает на посетителя огромные объемы подобной информации, но еще и учит. В данном случае – учит вести себя осмотрительно и не повторять ошибок выдающихся и рядовых шпионов, которые могут привести к провалу на любом поприще. Потому что «All is not what it seems» – «Все вокруг – не то, чем кажется». Эта простая мысль внушается посетителю в каждом зале и через каждый экспонат. Она звучит из уст «бойцов невидимого фронта», рассказанная ими самими с экранов многочисленных мониторов. Она явствует из их судеб. А бойцы эти, если они не в тюрьме, как супершпион Олдрич Эймс или высокопоставленный американский контрразведчик Роберт Ханссен, 20 лет шпионивший на СССР и Россию, или не в могиле, как английские аристократы Филби, Маклейн, Берджесс, Блант и Кернкросс – члены знаменитой «кембриджской пятерки», то уж точно в Совете директоров ММШ.
Один из почетных членов Совета – пламенный борец с ленинградскими диссидентами, активный деятель ранней перестройки, а ныне – профессор Центра изучения проблем контрразведывательной деятельности и безопасности в Александрии (штат Вирджиния) – General Oleg Danilovich Kalugin. Калугин, появляющийся на самом большом экране в своеобразном Зале Шпионской Славы с каким-то не очень внятным выступлением о том, как в Вашингтоне то ли он когото вербовал, то ли его самого вербовали, служит ярким подтверждением правоты музейных кураторов – действительно, не стоит доверять тому, что кажется на первый взгляд.
Об этом же свидетельствует судьба Энтони Бланта – самого высокопоставленного члена «кембриджской пятерки», который был разоблачен позже других, а именно – 15 ноября 1979 года. В этот день Маргарет Тэтчер сообщила палате общин, что сэр Энтони Блант, бывший главный хранитель коллекции произведений искусства Ее Величества Королевы, много лет был советским шпионом и «ловцом талантов» для СССР. Оказалось, что он добровольно сообщил о содеянном еще в 1964 году, но во избежание грандиозного скандала и дополнительных утечек информации его тихо лишили рыцарского звания и оставили на свободе.
Еще один слоган музея: «Now You’ll Know» – «Теперь вы узнаете все». Ощущение почти полного знания о шпионаже как историко-культурном явлении, о главных героях-разведчиках, о методах и инструментарии их тяжкой работы создается за счет ударных музейных аттракционов. Они же наводят на мысль о том, что интернациональное и аполитичное шпионское сообщество, подобно легендарным масонским ложам, правит миром. Музей сразу берет посетителя в оборот и заставляет отвечать на массу вопросов, выполнять множество заданий, бесконечно обращаться к компьютерам, которыми напичканы залы, то есть испытывать на себе воздействие самых совершенных музейных технологий. Для осуществления такой игры с посетителями понадобились шестилетние усилия известных в Америке и во всем мире дизайнерских и архитектурных фирм и музейных консультантов. В результате их трудов музей, открытый в июле 2002 года, сразу стал туристической Меккой столицы США. С мая месяца и до поздней осени в этот в общем-то недешевый частный музей выстраиваются длинные очереди и администрация устанавливает сеансы посещения.
