Первое, что вы слышите, когда входите в музей и встаете в очередь за билетами, это бесконечно повторяющиеся вопросы: «Ваше подлинное имя? Нет, нас интересует Ваше подлинное имя! Кто с Вами работает? На кого Вы работаете?» И так далее… Это фонограмма допроса задержанного шпиона. На вопросы пока отвечать не надо – они просто помогают скоротать время в очереди и в своеобразном «накопителе», где собирается группа на очередной сеанс. Но поневоле напрягаешься и сосредотачиваешься: что, если и вправду придется держать ответ перед органами – отечественными или зарубежными.
Над дверями лифта, который поднимает граждан, размышляющих о своем подлинном имени, висит, слегка покачиваясь на стропах и цепях, Феликс Эдмундович Дзержинский. То есть, конечно, не сам Главный Чекист, а известный памятник с Лубянской площади. Уверен, что подавляющее большинство посетителей понятия не имеют, кто этот мужчина с бородкой-эспаньолкой в длиннющей шинели и за что с ним так обошлись. Ведь сюда приходят в основном американцы и по преимуществу школьники – целыми классами с учителями или родителями, что естественно для такого просветительского музея-аттракциона, очень похожего на компьютерную игру-стратегию или игру-симулятор (то же самое, кстати, наблюдается и в другом чрезвычайно популярном вашингтонском музее – Музее Холокоста). И потому объект (Дзержинский) не столько информирует, сколько озадачивает и пугает– неосведомленный может подумать, что это какой-то шпион из далекого прошлого, у которого тоже хотели выяснить его настоящее имя… Скорее всего, Железный Феликс – экспозиционный вклад нашего соотечественника генерала Калугина, который лучше других знает, что произошло в Москве в августе 1991 года. С другой стороны, для тех, кто понимает, это намек на то, что шпионские войны нынче – это уже не схватка Востока и Запада, тоталитаризма и демократии, а нечто иное – например, борьба с международным терроризмом. Такое послание посетителю – мол, не напрягайтесь, господа, главного врага мы уже одолели, так что не волнуйтесь и попытайтесь получить удовольствие от нашей экспозиции.
