Огонь в круглой башенке дома на Лонгевильском бульваре зажегся, как всегда, задолго до рассвета. Амьенцы знают: мэтр Верн встает раньше всех в городе – он работает над своей очередной книгой. Но мэтр Верн занят отнюдь не работой. Да и свет в кабинете он зажигает просто по привычке, ведь он больше не нужен ему – писатель почти слеп. Он с трудом ходит. А недавно узнал из некоего бульварного листка, который прочла ему жена, что он… умер. Да-да, Жюль Верн давно мертв, а издатель Этцель продолжает, используя его имя, выпускать все новые и новые романы из серии «Необыкновенные путешествия», написанные группой авторов.
Мертв. В чем-то бульварный листок прав. Его забывают. Последние романы продаются неважно, да еще эта сплетня про группу авторов… Впрочем, он и сам раньше любил мистификации, чем не раз озадачивал читателя: правда ли, что он – в прошлом капитан дальнего плавания? Правда ли, что он лично знаком с капитаном Гаттерасом и инженером Сайрусом Смитом? Он ни в чем не разуверял их. Но теперь он должен напомнить о себе всему миру. Сейчас он встанет с кушетки, сядет к столу, нащупает специальный транспарант, позволяющий ему ощутить расположение строк, отыщет карандаш. О Боже, когда-то он плавал по морям, а теперь ему трудно даже подняться! Под столом сопит его верный пес – ньюфаундленд Фолли. Так получилось, что они состарились вместе – человек и собака. Мэтр Верн задремал… Он увидел прекрасный корабль. Как же он назывался? «Сен-Мишель»? Нет, кажется, нет. Давно проданный «Сен-Мишель» не был кораблем, он был яхтой-талисманом. После того как писатель с ним расстался, удача будто отвернулась от него. «Дункан»? Тоже нет. «Дункан» – корабль из его романа. На нем дети капитана Гранта отправились на поиски своего отца. «Корали»! Да, он не забыл, судно называлось «Корали».
«Корали» была трехмачтовой шхуной, сплошь пропитанной ароматами колониальных товаров, смолой и далекой Атлантикой. Летним утром 1839 года она готовилась отплыть из Нанта, чтобы к вечеру достичь Пембефа, а оттуда взять курс на Вест-Индию. Стоя на палубе «Корали», 11-летний Жюль ликовал: сонный Нант, окутанный туманом, все отдалялся и наконец исчез, точно мираж в пустыне.
Все сложилось как нельзя лучше. Это раннее утро он провел возле харчевни «Человек, приносящий три несчастья», которую держал дядюшка Кабидулен, отставной моряк. Здесь Жюль наперебой предлагал свои услуги боцманам, шкиперам и капитанам. Но никто из ранних посетителей харчевни в юнге не нуждался. Наконец удача улыбнулась ему – он познакомился с мальчиком своих лет, служившим юнгой на «Корали». После непродолжительного торга тот согласился уступить Жюлю свою должность за небольшую сумму. В суматохе отплытия никто не заметил подмены. «Корали» – у этого судна просто чудесное название! Оно созвучно с именем его маленькой кузины, которая так нравится ему. Жюль непременно привезет Каролине из Индии коралловое ожерелье. И, может быть, хоть тогда она обратит на него внимание. Да, тогда все будет иначе – он сделается настоящим морским волком. А уж если он отыщет знаменитого на весь Нант капитана Самбена, то вернется домой настоящим героем. О капитане Самбене Жюль впервые услышал в 5 лет. Он со своим братом Полем посещал детский сад вдовы Самбен, которая на протяжении 30 лет верила, что ее пропавший муж жив. Она ждала его возвращения каждый день и мечтала, накопив достаточно денег, отправиться на поиски супруга.
А тем временем владелец юридической конторы в Нанте Пьер Верн, обнаружив исчезновение сына, начал действовать. Лодочник с причала рассказал ему, что видел, как Жюль садился в шлюпку, чтобы плыть на «Корали». На паровом катере Пьер Верн бросился в погоню за сыном. Он настиг его близ Пембефа и, взяв с корабля, посадил в почтовый дилижанс. Всю дорогу отец хранил угрожающее молчание. Они уже подъезжали к Нанту, а Жюль все думал о «Корали», прекрасной, как несбыточная мечта.
Жюль был выпорот и посажен на хлеб и воду. Он вернулся домой, но сердцем остался на палубе «Корали».
