Доктор Йен Элиот – публицист и ученый-историк, специализирующийся на российской тематике. В течение многих лет он был ведущим автором «Таймс». В 1980-х – руководитель мюнхенского отделения радио «Свобода» и директор Британо-Российского культурного центра. В 2000-м по случаю дня рождения королевы был награжден орденом Британской империи. С Элиотом мы договорились встретиться в старом книжном магазине «Хэтчардз», который по сей день поставляет новинки королевскому двору. В 1797 году молодой человек по имени Джон Хэтчард задумал его еще и как клуб – для таких же, как он сам, лондонских библиофилов. В глубине этого помещения на Пиккадилли была обустроена маленькая гостиная, где постоянные посетители могли побеседовать, посидеть у камина с газетой и заказать что-нибудь освежающее из соседнего «Фортнума». В позапрошлом веке все эти возможности пришлись очень по душе цвету общества – и герцогу Веллингтону, и страстным политическим оппонентам Гладстону и Дизраэли, сменявшим друг друга в премьерском кресле, и Оскару Уайльду. Последний имел обыкновение посылать в «Хэтчардз» свои пьесы, считаясь с литературным мнением хозяина магазина.
Той маленькой гостиной с камином уже, увы, нет, но знаменитостей среди покупателей по-прежнему хватает, и репутация «дедушки» британского букинистического рынка все так же на высоте. Авторитет теряется с таким же трудом и так же долго, как приобретается, – видимо, как раз это обстоятельство заинтересовало новых грандов бизнеса. Хоть это и не афишируется, «Хэтчардз» больше не является маленьким семейным предприятием, его поглотила крупнейшая книготорговая сеть Англии «Уотерстоунс». Флагманский восьмиэтажный магазин этой фирмы (крупнейший в Европе) тоже расположился на Пиккадилли в здании, где до 1999 года помещался «Симпсонс» – универмаг, который ввел в английскую моду готовый мужской костюм и где происходило действие популярного комедийного сериала «Вас обслужили?» производства Би-би-си. Теперь в распоряжении посетителей «Уотерстоунс» есть несколько кафе, ресторанов, а также свободный доступ в Интернет.
…День выдался стереотипно английским: серым, туманным и ужасно холодным. Все мы знаем, как англичане любят обсуждать погоду, но гораздо менее известен их стоицизм в отношении низких температур. Надев зимнее пальто, сапоги, обмотав теплым шарфом шею, я вдруг замечаю женщину в одном легком костюме. Посиневшая, с плотно сжатыми губами, она спокойно и твердо ожидает автобуса. И так у них не только с одеждой, но и с жилищами. Дома никогда не обогреваются в достаточной мере. Сначала я думала, что дело в дороговизне топлива и сквозняках, но один лондонец объяснил: «Никакого холода вообще не существует. Если вам холодно, просто наденьте еще один джемпер». Зиновий Зиник, писатель-эмигрант, проживший в Англии более 30 лет, считает иначе: «Англичане просто боятся разбудить в себе излишний жар».
Действительно, вопреки расхожему стереотипу британцы не так уж сдержанны, вежливы и бесстрастны. Все это – фасад. Отклик вековых традиций, четкого разделения между общественным поведением и частным, развитое представление о том, что уместно в провинции, а что в столице, на скачках и во время регаты. Что можно позволить себе в обществе дам, а что в чисто мужской компании. Хотя часто этот контроль пропадает, особенно после приема спиртного, когда грубость и пошлость могут проявить себя. Думаю, что отсюда известный и в значительнейшей мере «пиккадилльский» феномен закрытых клубов для джентльменов. Попытка скрыть свои «слабости» от посторонних. Эти заведения всегда интересовали меня, и я засыпаю Элиота вопросами: «Как в них вступают?», «Допускаются ли все же, хоть в виде исключения, женщины?», «Сколько стоит членство?» и так далее.
– Клубы возникали спонтанно. Никто не в состоянии объяснить, кто их «придумал». Просто кто-то говорил: пойдем, поиграем в карты у Уайта или у Будли. Все подобные заведения назывались раньше по именам владельцев, в отличие от более поздних, таких, как, скажем, «Реформ-клуб». Но это уже с середины XIX века. Там политики и вообще люди, имеющие отношение к управлению империей, могли собраться вместе, подискутировать…
– Без женщин и простонародья, – не удержалась я. Идея частных клубов как-то претит моему демократическому сознанию. Не придерживаясь мнения, будто все люди равны от природы, я, однако, верю, что они равны в формальных правах. И если богатые желают общаться только с богатыми, пусть просто повышают цены в своих «убежищах», но никому ничего не запрещают. Однако Элиот разбил мой аргумент, заметив, что частные клубы не предназначены только для богатых, хотя, разумеется, многие члены – состоятельные люди. Клуб – это место, где собираются свои люди, где всегда можно выпить, поесть и побеседовать с единомышленником. Большинство клубов такого рода располагается в районе Сент-Джеймсской площади, по южной стороне Пиккадилли. Элиот согласился взять меня в «Атенеум», членом которого является, и мы не спеша направились туда через площадь.
– Поначалу в этом доме располагалась Ост-Индская компания, – указав на неприметное здание, повествовал Элиот, – она безраздельно правила Индией, пока правительство не спохватилось. Теперь помещение делят между собой три или, кажется, даже четыре клуба. Арендная плата безумно высока, и ни одному из них в отдельности целый дом не по карману. Вся земля в этом районе принадлежит короне, кроме участка под домом Нелл Гвин, любовницы Карла II, которая в свое время добилась «безусловного права собственности», то есть права не платить аренды никому. Клубы же регулярно отчисляют некую фиксированную сумму короне. Ежегодные взносы разнятся, но обычно составляют от нескольких сотен до тысячи фунтов. Большинство заведений до сих пор предоставляет ночлег своим членам.
…Каждый из этих «анклавов» незыблемой британской традиции оригинален – как минимум в деталях. Старейший, «Уайтс», славится высокими ставками в игре, и, кроме того, в нем состоит больше членов царствующего дома, чем в каком-либо другом. Принц Чарлз накануне свадьбы с леди Дианой устраивал здесь мальчишник. Отец и вдохновитель дендизма Джордж Браммел обосновался со своим «двором» в «Будлз» и оттуда диктовал свету моды. Либерально настроенные члены «Реформ-клуба», о котором уже говорилось, подготовили в 1832 году Билль о реформе парламента. Тогда в пику им противники Билля основали «Карлтон», который и по сей день является «гнездом» консерваторов. Все премьер-министры от Консервативной партии по традиции обязаны быть его членами, поэтому нетрудно себе представить, какое затруднение вышло с Маргарет Тэтчер. В конце концов ее провозгласили Почетным Мужчиной. Иначе пришлось бы в нарушение правил допустить в клуб женщину, что немыслимо.
