В Монтиселло мы познакомились с одной белой женщиной, отец которой был когда-то связан со старыми навахо. Бобби Сатлемар, бывшая учительница, живет на границе штата Юта и Колорадо. Там расположено несколько акров ее земли — ферма, где се муж пестует скаковых лошадей.
Мы побывали у Бобби в гостях. И после долгой прогулки верхом попросили рассказать про ее отца и обычаи индейцев навахо, которые она знает.
— Мой отец прошел церемонию усыновления и был принят в племя навахо. Племя делится на кланы, и его приняли в клан Чи.
Члены клана не могли сочетаться браком с людьми своего же клана. И когда девушка выходила замуж, ее мать обязательно привязывала к платью колокольчики: их звон предупреждал зятя о ее появлении — им нельзя было разговаривать друг с другом никогда. Этот обычай сейчас, правда, ушел. Мужчины-навахо очень уважали моего отца и потому удостоили его чести быть принятым в клан. Отец руководил ими, когда случались лесные пожары, он уважал их и обращался с ними очень хорошо. Он говорил, что навахо храбрые люди и хорошие работники. И еще отец говорил, что 50 лет назад навахо были очень стойкими и никогда не жаловались на холод, зной или тяжелую работу. Сегодня они, к сожалению, стали очень похожими на нас, «осовременились», да к тому же страдают алкоголизмом.
И ныне некоторые придерживаются старых традиций, например — расчесывание волос друг другу; женщины до сих пор стригут волосы, только когда кто-нибудь из родных умирает. У навахо по обычаю финансовыми вопросами семьи занимаются женщины, они же ведут дела семьи, распоряжаются овцами. Самая старшая женщина в семье носит больше всего драгоценностей — это подчеркивает ее авторитет.
На особых церемониях детей нарекают именами, известными только в семье. Затем уже дается имя, которым человек пользуется в обычной жизни.
А знаете, кто такие шифровальщики навахо, о которых стало известно после второй мировой войны? Мы ими восхищаемся и очень их уважаем. В войну на Тихоокеанском фронте японцы часто перехватывали странные сообщения — и на суше и на море. Эти сообщения понимала только специальная группа американских войск — Navajo Code Talkers» — группа солдат-навахо, общающихся на своем языке. А уж в Японии и в Германии никто его не знал. Этот язык трудно выучить, так как он очень сложный, шифр оказался непробиваемым. Никто, кроме солдат-навахо из морской пехоты, не мог посылать или получать такие сообщения. Это во многом приблизило победу: ведь перехватить чужие переговоры иной раз важнее, чем разгромить целую дивизию.
