«Крепость Сталинград»

Тем временем Гитлер разрешил генерал-фельдмаршалу Эриху фон Манштейну, командующему новоиспеченной группой армий «Дон», нанести деблокирующий удар для освобождения 6-й армии. Время для этого в общем-то ушло, но Манштейн все равно решил попробовать. Правда, для успеха операции он просил Гитлера отдать армии Паулюса приказ на встречный прорыв, но этого фюрер делать не стал. Теперь фюрер называл «котел» окружения «крепостью Сталинград» и уверял Цейцлера и всех остальных, что если нужно, он деблокирует 6-ю армию весной. Цейцлер проявил нечеловеческую выдержку, назвав новую мысль своего верховного главнокомандующего просто «нелепейшей фантазией». К 12 декабря основную деблокирующую силу, 4-ю танковую армию Гота, удалось довести почти до штатной численности. Для усиления ей был придан батальон новейших тяжелых танков «тигр» из резерва главного командования.

Сначала для немцев все шло довольно успешно – 19 декабря танки вышли к реке Мышкова и 20-го, форсировав ее, они оказались в 45 км от окруженной группировки, где были остановлены частями советской противотанковой артиллерии. Как вспоминал Манштейн, именно в эти дни у Паулюса была последняя возможность вырваться со своей армией из тисков. Для этого нужно было нанести удар всеми имеющимися средствами навстречу танкам Гота. Но Паулюс сделать этого не попытался, хотя Манштейн, по его словам, брал на себя всю ответственность. После войны Паулюс это гневно опровергал, но сути дела это не изменило – он вместе с фюрером в полной мере взял на себя ответственность за гибель своих солдат. Гот не мог ждать Паулюса долго на Мышкове и уже 22 декабря под мощными ударами советских войск начал быстро отступать и в итоге смог закрепиться только в 100 км от «котла». Смертный приговор 6-й армии был подписан. Теперь оставалось узнать, когда он будет приведен в исполнение.

Манштейн и Цейцлер каждый день просили фюрера разрешить 6-й армии сдаться, но тот неизменно отказывал, также ежедневно приказывая Паулюсу «держаться» и «сражаться до последнего патрона». С наступлением нового, 1943, года в 6-ю армию пришел жестокий голод, особенно непереносимый на фоне 20-градусного мороза. Советское командование знало о положении немецких войск и атаковать не спешило – голод, холод и сыпной тиф и так неплохо справлялись.