Анкоридж встретил нас зеленой травой и развевающимся аляскинским флагом. Зубцы гор Чугач, обрамляющие город с севера, в нижней части уже были свободны от снега. Смелые люди аляскинцы, приближая лето, ходили в шортах.
Наш автобус в Талкитну должен был прийти только поздно вечером, пока же надо было закупить продукты.
Джо и Джилл, две мои знакомые, встречавшие нас в аэропорту, любезно предоставили свой гараж под наше экспедиционное барахло и помогли сориентироваться с магазинами продуктов и снаряжения. Общественным транспортом жители Анкориджа не избалованы, поэтому две их машины также были как нельзя кстати.
Но вот магазины снаряжения исследованы, продукты закуплены (тут не обошлось без курьезов: только наверху мы обнаружили, что Артур наш завхоз вместо сахарного песка почему-то купил сахарную пудру) и прочие мелочи типа пленки тоже не забыты.
Все устали после обычного предотъездного недосыпа и завалились спать, кто где. Соседям по гаражу, удивленно разглядывающим наш табор, Джилл со свойственным ей чувством юмора говорит что-то вроде «русские идут» и «что поделаешь — экспедиция...»
Дом ее стоит прямо на берегу, отделенный от залива железной дорогой. Солнце заходит прямо напротив дома. Ветра нет, и гладкая вода залива, отражая краски закатного неба, сливается с ним на горизонте. В вечерней дымке горные хребты на той стороне кажутся нереально парящими в «нигде». Такого освещения, как на Севере, больше я не встречал. Такого розового и желтого света.
Умиротворение, гармония в природе, видимо, передаются и людям, которые живут здесь. «Аляска», — все еще не веря, повторяю я про себя крупную надпись на проезжающем тепловозе. Магическое для меня слово приятно на язык... И я проваливаюсь в дремоту.
