То, что я рассказал выше, при всем разнообразии имеет одну общую черту: взгляд на разные привычки и обычаи с нашей, европейской точки зрения. Но, наверное, найти манеры кажутся странноватыми а то и не очень приличными людям других культур? Несомненно, но как узнать их точку зрения? Ведь даже самые экзотические чужеземцы, с которыми нам приходилось встречаться, получили европейское воспитание, или хотя бы образование. Да и свойственная восточным (особенно) людям деликатность не дозволяет им делать свои замечания в наш адрес. (Этот недостаток деликатности у себя европейцы обычно почитают искренностью).
Поэтому с благодарностью я вспоминаю доктора Кришнамурти, нашего врача в Индии. Тот завтракал с нами редко (обычно вставал пораньше), но пользовался только ложкой. Решив, что застенчивый доктор стесняется взять полный прибор, я положил ему вилку. Доктор тихо поблагодарил, но вилку не взял. Я не стал приставать с расспросами.
Но доктор Кришнамурти сам решил расставить точки над «i». Он подождал, пока мы останемся одни.
— Спасибо вам, сказал доктор, но не стоило беспокоиться. Что вы, доктор, — добродушно отвечал я. — Я подумал, что вам неудобно.
— Нет, нет, — живо возразил Кришнамурти, и румянец пробился сквозь его черный загар. Я знаю, что это такое, в университетской в столовой я видел эти вилки. Но я никогда не пользуюсь ими.
— Кастовый запрет? — бестактно спросил я с профессиональным интересом.
— Что вы, смущенно сказал Кришнамурти, никакого запрета. Просто мне все время кажется, что я проткну себе язык...
Лев Минц, кандидат исторических наук
