И вот наконец Флорес, до которого нас довез попутный грузовичок. Наступила ночь, и главной задачей стало найти ночлег, что неожиданно оказалось не так-то просто. В гостиницах и постоялых дворах, везде неизменно отвечали, что мест нет. Тогда мой спутник подкинул интересную идею: во время своих путешествий он принципиально не останавливался в гостиницах и им подобных заведениях, а ночевал исключительно на улице, на худой конец, в школах, церквях — куда пускали. Я спросил:
— А как в Белизе, тоже?
— Да, в Белизе пять дней, все — на улице, четыре раза нападали, но это так, мелочи жизни.
Такая философия все время жить на улице и передвигаться только автостопом мне показалась несколько странной, но, похоже, другого выхода в нашей ситуации не оставалось. Петер вызвался найти подходящий ночлег. Вернулся он минут через пять и сказал, что все в порядке, он уже договорился. Мы пошли в городской парк, со сторожем которого и договорился мой спутник. В центре парка находилась небольшая крытая эстрада и несколько зрительских скамеек. Вот под этой-то крышей нам и предстояло провести ночь. Петеру, конечно, хорошо — он готов к подобным условиям у него спальный мешок и противомоскитная сетка, а у меня... Короче, я лег прямо на бетонный пол, подстелив куртку. Сначала ужасно досаждали москиты, потом это им надоело, и они угомонились. Я забылся сном.
Разбудил меня топот, казалось, тысячи кованых сапог. На самом же деле их было не более десяти. Это армейский патруль совершал обычный ночной обход. Весь Петен буквально наводнен военными. Об этом предупреждали много раз. Говорят, что здесь даже велись какие-то военные действия против партизан, хотя сам факт существования последних мне представляется довольно сомнительным.
Я повернулся на другой бок и снова попытался заснуть, однако сделать мне это не дали, посветив в глаза фонариком. Я попытался подняться, но мне в грудь уперлись, как показалось, какие-то палки или трубы. Однако через минуту я сообразил, что это не что иное, как направленные на меня стволы винтовок М-16.
«Лежать! Документы!» Я попытался сообразить, как можно одновременно исполнить оба эти приказа, и стал делать вид, что ищу в кармане свой паспорт. Интересно, как к нему отнесутся эти ребята, которые, должно быть, натасканы на борьбу с «международным коммунизмом», агентом которого я должен являться уже в силу своей государственной принадлежности.
Послышалась какая-то возня. Я догадался, что это вылезал из спальника Петер. На мгновение все внимание солдат переключилось на него. Я сжимал в руке свой документ, втайне надеясь, что мне не придется его предъявлять. Так и случилось. Положение спас неожиданно появившийся сторож… Наверное, он тоже спал, затаившись в каком-нибудь углу, хотя не должен был этого делать. Во всяком случае, он сделал вид, что ничего особенного не происходит.
— Ребята, вы бы не мешали этим людям спать, все равно москиты делают это лучше вас, эту фразу он произнес по-испански и затем добавил еще несколько слов на непонятном мне языке.
Как ни странно, солдат вполне устроил такой аргумент, и они ограничились проверкой документов у Петера. После этого случая я решил ночевать в более приспособленных для этой цели местах, тем более находясь в Гватемале.
На следующее утро, едва только рассвело, я, попрощавшись с Петером, отправился в национальный парк Тикаль, находившийся неподалеку от Флореса. Времени у меня было в обрез, в столице я должен был быть уже на другой день, но мысль о том, что можно проехать рядом с Тикалем и не побывать там, казалась мне просто кощунственной. Что касается моего спутника, то он собирался провести там не один день, торопиться ему было некуда, и пути наши разошлись.
