По Стреэт, самой длинной пешеходной улице мира, или, если угодно, «копенгагенскому Арбату» – главному «тусовочному месту» датской столицы, – двигались одинокие прохожие. На огромной площади посреди комплекса королевского Амалиенборгского дворца стояла такая тишина, что были слышны шаги гвардейцев и покашливание одного из них. Даже в Нюхавне и на «шумной» стороне попадались лишь редкие молчаливые встречные. Только поблескивала вода канала да поскрипывали снасти парусников, на верхушках мачт которых на фоне темного неба чернели елки, привязанные там по случаю Рождества.
Будто я попал в другой город. Это первое впечатление от новой встречи с Копенгагеном было обманчивым, но позволило мне взглянуть на город, да и всю страну другими глазами. На самом деле, город, конечно, мало изменился с тех пор, когда я побывал там впервые (пятнадцать лет назад). Просто, лишенный летней туристской суеты, он открылся мне несколько иными гранями.
...Женщина обмакнула кисть в кобальт и стала наносить узор на тарелку.
– Сервизы с этим орнаментом делаются на нашей фабрике с момента ее основания, – шепотом, чтобы не мешать работе художницы, пояснила мне Бенте Байербю.
Она сама двадцать лет расписывала фарфор на Королевской копенгагенской мануфактуре, а теперь занимается связями с общественностью. Увидев, что на нее направлен объектив моей камеры, художница сняла с себя наушники: вид «уокмена», на ее взгляд, не очень вязался с двухсотлетними традициями. А немного позже, уже в фабричном музее, Бенте показывала мне статуэтку «Принцесса на горошине», один из шедевров фирмы. Чтобы добиться своих знаменитых пастельных тонов, фабрика выработала сложнейшую технологию обжига и глазурования. На изготовление «Принцессы», сказала Бенте, у прекрасного художника ушло полгода при полном рабочем дне. «Отсюда и цены на датский фарфор», – подумал я. С первого взгляда, неброский, но чем дольше смотришь, например, на статуэтку «Принцессы», тем яснее понимаешь: она поистине прекрасна.
Копенгаген, мне кажется, сродни этим фарфоровым изделиям. В нем есть такие достоинства и такая неяркая прелесть, которые открываются не с первого взгляда. В этом городе ощущается некая аристократическая скромность...
Тогда, в первый раз, как и большинство приезжих, я заканчивал свои блуждания по пешеходным улицам копенгагенского центра у канала Нюхавн – живописного, бойкого и наиболее популярного у туристов места Старого города. Теперь же я открыл для себя рядом, по соседству, благо и моя гостиница оказалась именно там, да еще и потому, что смог впервые увидеть этот квартал без людской суеты, – совершенно новый для себя и полюбившийся мне район Копенгагена.
