Слева от главного фонтана на бывшей ВДНХ до сих пор стоит маленький павильон «Наука». Там и состоялось открытие этой выставки. У входа висел большой рисованный плакат с надписью «Искусство Океании», а в центре был изображен черный человеческий череп, расписанный ритуальными узорами.
Собралось довольно много народа. В основном научные сотрудники, профессора. Я же попал на выставку благодаря своей жене Татьяне — сотруднику Института этнографии, которая буквально за час до открытия попросила меня приехать, прихватив фотоаппарат.
Среди гостей выделялся стройный, с шоколадным цветом кожи мужчина средних лет. Он не говорил по-русски, и его представили: меланезиец с островов Новые Гебриды — Алоис Пилиоко, художник, ученик и сподвижник нашего соотечественника, русского по происхождению, родившегося во Франции. Он тоже более 20 лет живет на островах Новые Гебриды. Художник, коллекционер, путешественник — Николай Николаевич Мишутушкин. Сегодня он впервые в России, привез на родину своих предков свою замечательную этнографическую коллекцию.
Короткий ежик, светлые, серо-зеленоватые глаза; несмотря на плотное телосложение, строен и подчеркнуто подтянут. Чуть наклонившись вперед, Николай Николаевич внимательно рассматривал окружающих только с той целью, чтобы не упустить чей-нибудь вопрос и тут же на него ответить. Он старательно выговаривал каждую букву, и оттого казалось, что говорит он с акцентом. И в то же время в его голосе слышалась гортанная, еле заметная вибрация (такой тембр голоса мне встречался на юге России в Сумской области).
Вот как этот русский художник был «обнаружен» нашей Академией наук. Декабрьским утром 1970 года, сто лет спустя после того, как к берегам Новой Гвинеи пришвартовался корвет «Витязь» и Н. Н. Миклухо-Маклай ступил на незнакомую землю, к берегу Маклая (как назвали его местные жители), в заливе Астролябия причалило советское научно-исследовательское судно — тоже «Витязь». Ученые плыли по маршруту своего легендарного коллеги.
При заходе «Витязя» на остров Эфате в северо-западной Меланезии их встретил европеец в расписном одеянии. Стрижка у него была по тогдашней французской моде — под бобрик. Издали его приняли за представителя английской или французской миссии — в то время на острове существовал англо-французский кондоминиум (совместное управление) — Новые Гебриды.
Энергичный европеец представился ученым на русском языке: «Николай Николаевич Мишутушкин, художник, соблаговолите посетить мое поместье и музей».
Тезка и соотечественник Николая Николаевича Миклухо-Маклая, потомок терских казаков, — и где? На островах Океании... Удивлению и радости ученых не было предела. Выяснилось, что отец Мишутушкина — офицер царской армии, перед революцией служил в Тифлисе. В 1920 году он в составе Добровольческой белой армии генерала Врангеля покинул с женой Россию на пароходе, уходившем из Севастополя.
Николай Мишутушкин родился в Бельфоре (Франция) в 1929 году и волею судьбы попал в 1957 году в Океанию, В поисках своего призвания изучал прикладное искусство, много странствовал по Востоку — жил в Индии, Непале, Бирме, Шри Ланке. Но буквально пленило его искусство «каменного века», и Николай приходит к мысли о необходимости направить свою энергию на сохранение искусства народов Океании. Мишутушкин организовал не одну экспедицию и объехал Французскую Полинезию, Новые Гебриды, Новую Каледонию, Тонга, Тувалу, Фиджи, Маркизские и Соломоновы острова...
Так начиналась работа, которая может быть названа подвижничеством и которую теперь сравнивают с деятельностью Н. Н. Миклухо-Маклая, А. Швейцера, Н. К. Рериха. Мишутушкин — второй русский, так много сделавший после Миклухо-Маклая для сохранения и пропаганды искусства и культуры Океании.
Интересно, что когда Николай начинал дело жизни, он не знал о своем тезке. Потом на многих островах их пути то и дело по закону парных случаев пересекались: на Таити, Ротума, Новой Каледонии Мишутушкин жил у потомков тех людей, в хижинах которых ночевал и Миклухо-Маклай. Так родился альбом рисунков. На его страницах встретились лица дедов и внуков, сделанных двумя Николаями.
У Мишутушкина была мечта, казавшаяся многие годы неисполнимой, — показать свою коллекцию в России. Это стало возможным при содействии Академии наук СССР в 1979 году, когда выставка «Искусство Океании» впервые была показана в Москве. Тогда же художник передал в дар первые экспонаты для будущего музея Океании в Москве: старинную полинезийскую тапу (тапа — материя из размягченного луба с вдавленными узорами. Прим. ред.), глиняные сосуды с Папуа-Новая Гвинея, ранговую фигуру в человеческий рост с острова Малекула (Новые Гебриды).
Выставка путешествовала по нашей стране три года, побывав, помимо Москвы, в Хабаровске, Новосибирске, Тбилиси, Ереване, Ленинграде, Фрунзе, Самарканде. Ее увидели более пяти миллионов человек.
Тогда-то у меня появился замысел создать фотоархив уникальной коллекции и путевых фоторепортажей. Я не упускал ни одной возможности присоединиться к Николаю и Алоису в поездках по нашей стране.
