Руководитель экспедиции «Ветер планеты» передает с борта яхты «Урания-II» специально для журнала «Вокруг света».
Через неделю после старта с островов Зеленого Мыса мы ощутили мощное встречное течение. Оно появилось вместе с южным, почти встречным ветром, которого мы меньше всего ожидали здесь. Сначала лаг стал недодавать узла два, а когда вдруг пришел штиль, навигатор показал нашу скорость 2,5—3 узла общим направлением на север. Течение, с которым мы столкнулись, было в обратном направлении к нашему курсу и достигало фантастической цифры – до трех узлов. А с появлением южного ветра «Урания» прилегла на левый борт, настроившись на крутой бейдевинд, и стала лихо выдавать все шесть узлов, половина из которых съедалась встречным течением. Мы надеялись, что это временное локальное явление и через несколько часов ветер вернется на свои пассатные направления, но этого не произошло – остаток пути через Атлантику «Урания» прошла в жестком бейдевинде, и только за сутки перед Бразилией ветер отошел градусов на двадцать и позволил нам на галфинде влететь в гавань Ресифи. Противное же течение, которое встало на нашем пути, потеряло свою силу на широте острова Сан-Паулу, там, где мы и предполагали. Было приятно ощутить этот факт, предугадав его за трое суток, – сама по себе большая победа тактиков экспедиции.
Ресифи не удивил нас бразильской экзотикой, а может, мы сами не готовы были к восприятию этой страны. Возможно, для этого нужно было выбросить из головы то, что связано с экспедицией, запастись временем и деньгами и основательно войти в страну Бразилию. Мы же увидели лишь мелькание лиц: торговцы автобусными билетами, полицейские, нищие, продавцы коко, продавцы, продавцы и продавцы...
Через три дня подняли якорь из черного глинообразного ила, изрядно вымазав белоснежное пентафталевое покрытие своей палубы, вышли из порта, на ходу поднимая один за другим все паруса, и легли курсом на Рио.
Был галфинд с волной в 1,5 метра. «Урания» добавляла к Бразильскому течению свои шесть узлов и резко уходила от берегов. С самого утра стояла жестокая жара и спастись от нее можно было, лишь открыв все люки и двери яхты, через которые лениво проходил сквознячок. Неуемный Иван Иванович, наш радист, сооружал на палубе шалаши и мигрировал по яхте, выявляя более прохладные места. Рулевые, в белых футболках, бейсболках, темных очках, обдуваемые горячим, воздухом, пили без перерыва спасительный чай с лимоном. Остальной народ стихийно собирался кучками на какие-то получасовые разговоры и так же стихийно исчезал кто куда. Порой мой взгляд и рулевого секунд десять не находил на месте. За это время яхта почти не уходила с курса; было видно, как на корму набегают громадные волны и, задирая ее высоко к небу, опадают, раскачивая яхту с борта на борт. Это была весьма впечатляющая картина; идущая на полных ходах яхта, волны и пустынное море на фоне одинокого штурвального колеса...
Мы торопились на юг, к холодам и айсбергам Антарктиды, и все чаще нам казалось, что опаздываем. Но «Урания» стабильно покрывала по два градуса за сутки и добавляла оптимизма оптимистам. И вот удалась первая с Антарктидой радиосвязь, люди с нашей станции Беллинсгаузен взволнованы не меньше нашего: кто идет, из каких городов, когда будут? И нам думалось: «Будем, ждите нас. Куда мы теперь денемся?»
В конце января «Урания» пришла на Огненную Землю, в самый южный город планеты – Ушуая. Здесь, у ворот Антарктиды, собираются тысячи туристов; за хорошие деньги на белых теплоходах они перебираются через пролив Дрейка посмотреть на ледовый континент. Десятки сорвиголов пойдут к Антарктиде на своих яхтах. Узкие улочки Ушуаи – этого индейского поселка образца XX века, лежащего в плотном кольце островерхих, белых от снега и ледников скал, заполнены людьми. В глазах прохожих восторг и веселость – они едут в Антарктиду! «Урания», дожидаясь своего часа, покачивается на волнах гавани, получая время от времени в свой красный борт заряды дождя и снега. Рядом – серьезные парусники поляков, австралийцев, англичан. В кают-компании этих судов мы получаем последние консультации, жадно впитывая любую информацию и любые детали чужого антарктического опыта.
«Семь футов, „Урания!“ – и мы уходим в сторону пролива Дрейка.
Последние сутки перед Антарктидой яхта идет в окружении тысяч пингвинов Адели, плывущих к ледовым берегам из океана...
На этом вторая корреспонденция Георгия Карпенко заканчивается. Далее предлагаем читателям фрагменты радиосвязи яхты «Урания-11» и штаба кругосветки в Москве.
11 февраля
Когда вошли в бухту Ардели, зимовщики Беллинсгаузена приветствовали нас ракетами. Первая российская яхта пришла в Антарктиду... Мы тоже выпустили ракету. Встреча была очень теплой. Мы с зимовщиками поддерживали связь каждый день. А они все время следили, как мы идем, и готовились к встрече. Сразу пошли в сауну, а потом – за стол...
На станции 26 человек. Она находится рядом с чилийской. А несколько дальше, в бухте, примерно в 3,5 км, стоит китайская станция. Китайцы были у нас на яхте, а после и мы посетили их. Там также был теплый прием -с китайской кухней, но выпивка у них дрянная. Потом здесь проводился марафон. Было 150 участников. От «Урании» выступала команда в 5 человек. Мы получили памятные дипломы – как участники Антарктического марафона.
На Беллинсгаузене нас снабдили топливом. Примерно 2 тонны залили. И продуктами. Помогли проложить оптимальный и безопасный маршрут – по морям Беллинсгаузена и Амундсена; голоса зимовщиков в наших радионаушниках будут звучать до самой Австралии...
15 февраля
Вчера вышли из Беллинсгаузена. Экспедиция начала свой путь вдоль Антарктиды в западном направлении. С одной стороны – остров Ливингстон; справа по ходу яхты, всего в двух милях, видны заснеженные вершины. Осталось недалеко до острова, где есть горячие источники. Температура за бортом 1 – 2° тепла по С.
16 февраля
Проходим между островами Брабант и Берег Данко. Настроение боевое. Программа идет по 68-й, 67-й широте, но времени уже мало. Скоро должны быть шторма. Ведь лето здесь уже подходит к концу. Осталось всего 14 дней!
К яхте подошли киты. Они проплывают всего в 15 метрах от яхты...
17 февраля
Идем проливом Неймайер. Прут айсберги. Самые маленькие из них – от 3 до 9 метров высотой.
В каюте 4 градуса. Иногда компьютер не хочет работать при такой температуре, когда принимаем факс – погоду чилийскую; иногда он зависает, приходится идти в машинное отделение – подогревать. Сейчас подул ветерок ЮЗ – ветер не сильный, в общем-то нас сдрейфовало потихонечку где-то на 15 миль. Идем под двигателем, потому что иначе не успеешь увернуться от какого-нибудь куска льда.
Кругом потрясающие виды. Айсберги – голубоватые, и срезы снега с гор, которые подходят прямо к воде, тоже светло-голубые. Смотрится очень здорово.
К острову, где есть горячие источники, мы подошли. Он вулканического происхождения. Было желание остановиться, искупаться, несмотря на то, что вокруг льды и снега. Там такая испарина над долиной стоит... Говорят, там температура воды до 50 градусов. Но время поджимало. Кстати, за нами следом зашел «Профессор Шулейкин» – пароход круизный, мы с ним по ходу переговорили по радио в канале. Покрутившись по бухте, мы пошли дальше. За нами следом ушел и «Шулейкин»...
Теперь о китах. Плавают, ничего не боясь. Знают, наверное, что занесены в Красную книгу. Есть международное соглашение об охране природы Антарктиды. У нас есть книги – такие лоции, они по всем районам земного шара, – и в них написано, что нельзя в Антарктиде стрелять из ружей на расстоянии ближе, чем 500 метров. У какого-нибудь лежбища нельзя проходить под двигателем на расстоянии около 100 м. Нельзя подходить к лежбищам близко. А на Беллинсгаузене пингвины сами ищут общества людей. Когда мы подходили на яхте, на берегу собралась толпа людей – работников станции Беллинсгаузен, и где-то буквально в трех-пяти метрах от них стояла огромная толпа пингвинов. Они тоже ждали, когда мы подойдем, и с любопытством нас рассматривали. Их было штук 30, наверное. Очень интересно было.
22 февраля
Вчера был очень трудный день. Шторм – около 8 баллов и волна до 4 метров. И все это усложнялось присутствием айсбергов, самый большой был длиной до 200 метров и высотой до 30.
Мы порвали грот-парус. Вот до сих пор его штопаем. А так, в основном, все в норме. Вчера днем даже было солнце. Мы выходили в центр циклона, где нет ветра. Ночью может подуть задний фронт циклона, но это уже не так страшно.
24 февраля
Спустившись вдоль Антарктического побережья к Южному полярному кругу, «Урания-II» встретила в этом районе большое скопление айсбергов и их обломков. Одновременно в пределах видимости можно было наблюдать до четырех айсбергов. 21 февраля, во время семибалльного шторма, экипаж пережил не самые лучшие минуты. В связи с этим было принято решение подняться к северу до 65-го градуса ю. ш. и на этой широте продолжить свой путь на запад, что было сделано. Сейчас экспедиция «Ветер планеты» на пути в Новую Зеландию.
Георгии Карпенко
