Говорят, чтобы понять Каталонию, лучше вначале побывать в Таррагоне — небольшом, тихом городе на берегу моря. Древние стены, помнящие еще племена иберов, амфитеатр времен императора Августа, кафедральный собор XII века, средневековые улочки, дома с узкими, словно подстриженными, балкончиками и, разумеется, Рамбла.
Рамбла — это бульвар, однако никто не называет его бульваром. Рамбла — атрибут каталонского портового города, превратившийся в некий символ. Он всегда перпендикулярен берегу и «впадает» в море, как река.
Таррагонский Рамбла в своем «устье» заканчивается бельведером, который каталонцы без ложной скромности именуют «Балконом Средиземноморья». Вид с высоты берегового уступа действительно неплохой, хотя внизу вместо средиземноморских сосен — портовые краны, железнодорожные пути и сверкающие на солнце нефтеналивные цистерны. Но всего в нескольких километрах от «индустриальной зоны», на мысе Салоу, начинается настоящий сосновый бор, и воздух там свеж и целебен даже в знойный полдень. Череда отелей и ресторанов кажется здесь нескончаемой...
Берег, который зовется Золотым, когда-то страдал от пиратов: развалины сторожевых башен на вершинах холмов напоминают о том тревожном времени.
К югу от Таррагоны морской горизонт чист — по крайней мере до трех часов пополудни. В половине четвертого появляется первая мачта: одинокий рыбацкий мотобот торопится к берегу. Полчаса спустя их уже добрый десяток, и все, словно наперегонки, стремятся в Камбрилсу. Этот незатейливый курортный городок знаменит тем, что здесь на три километра побережья больше сотни ресторанов. Ежедневно, в шестнадцать тридцать, на молу Камбрилса начинается рыбная биржа.
Суда швартуются в два-три ряда; команда моет, сортирует улов: креветки, осьминоги, макрель... Туристы кочуют от судна к судну, поедая глазами то, что утром попалось в сети, и что, возможно, уже сегодня вечером попадет им на стол. Но пока весь улов сдается оптом на биржу.
Рыбаки во всем мире не любят ротозеев, а каталонские — особенно. Праздные взгляды они еще как-то переносят, но на фотоаппарат реагируют с раздражением. Чего в этом больше: рыбацких суеверий или каталонского характера? Пластмассовые ящики с рыбой лихо переправляют на берег, укладывают на повозки и тут же прячут под брезент. От солнца и от сглаза. Рыбаки ждут своей очереди на биржу, а туристы бродят вокруг повозок, как голодные и любопытные дети. Из-под края брезента торчит серый «клинок»: меч-рыба! «Можно сфотографировать?» — «Нельзя». «Можно посмотреть?» — «Нет». После долгих уговоров край мокрой тряпки снисходительно приоткрывается. Секунды на три... Почему они так горды? Почему не замечают тех, кто в конечном счете и оплачивает их труд? Может быть, они ждут, что туристы, подобно испанскому королю, заговорят по-каталански?..
