Он появился передо мной, как в кино. Сам – в сером пиджаке, с брюшком и портфелем, вальяжен, а по обе руки – парни в черных очках, в стильных пиджаках из толстого сукна; один – просто квадратный, коротко стрижен, настоящий телохранитель. У самого же взгляд – открыт и прям. Из-под бровей, как из окопчиков, не глядят – бьют глаза, а говорит – увлекает, ведет, захватывает!
Трифонов шагает озабоченно вдоль собора прямо к одному из надгробий, вмурованному в стену, указует: вот, сверху, – мертвая голова, кость под нею, очевидно, берцовая, вот, ниже, – лапа хищной птицы обхватила шар, вдумайтесь! Дальше: могила Канта под галереей, а в галерее колонн – 13! А на соборе-то, вверх взгляните, русалка – выше креста!
Сергей Трифонов – «историк-исследователь», здешняя телезвезда. Судачат о нем и школьники, и пенсионеры. Как же с таким не встретиться! Хотя прежде я почитал его книжки: «Тайны лаборатории Кенигсберг-13» и «Сокровища подземного Кенигсберга». Оказывается, во время войны была у немцев в городе секретная лаборатория, где стояли огромные чучела врагов рейха с пустыми глазницами: вставив туда глаза от забитых на бойне быков, колдуны втыкали во «врагов» серебряные иглы с янтарными шариками и наводили порчу. После падения Кенигсберга «рунические мужчины из СС» сумели убийством и неведомыми чарами сохранить ключи от своих тайн и сокровищ.
– А сокровищ, погребенных здесь, достаточно, чтобы заново восстановить Кенигсберг, – убежденно вещает Сергей. – «Черные посвященные» только ждут, когда здесь чуть качнет в сторону от России... Литовцы у себя откопали, но только недавно явили. Скрывали тринадцать лет. Тринадцать! – многозначительно потрясает он пальцем.
– Тринадцать колонн вокруг могилы Канта! – показывает кому-то рядом новый слушатель. Трифонова же каждый в Калининграде узнает, каждый рад постоять рядом.
– И кресты на соборе – ниже русалки! – подхватывает чета задержавшихся прохожих...
Но откуда же проведал столько Сергей?
В начале 80-х, когда калининградские отроки повально увлеклись нацизмом, Трифонову, контрпропагандисту из обкома партии, доверили познакомиться с документами не просто совершенно секретными, а «особой важности». То были письма немецких солдат с фронта, старинные карты Кенигсберга, полицейские донесения о состоянии умов.
– И там были документы про Кенигсберг – 13?
Другой бы соврал, а Сергей – честен. Он читал разработку КГБ по нацизму, где объяснялись эсэсовские ритуалы и руническая символика.
Но про Кенигсберг-13 и там не было.
Ну еще читал какую-то разработку. В Питере встретился со сведущими людьми. Фамилии? Не в первую же встречу! Разве только одну назовет, да найти его, брат, непросто. И не выдерживает, смурнеет Сергей:
– Давайте представим все это как гипотезу.
Руки жмем. И такое чувство – разбередил человеку душу.
