Впереди, весь белый, от подножия до основания, массив Ак-Шыйрак, в переводе — Белая Голень, или Белая Кость. Сзади видны вершины гор на северном берегу Иссык-Куля. Этот величественный массив так прекрасен, что мы даже засомневались: стоит ли разрушать сказочный мир, вторгаясь в «волшебный замок снежной королевы»?..
Здесь нет больше чабанов на пастбищах, метеостанции «Тянь-Шань», как мы и предполагали, больше не существует, а на ее месте виднеется поселок со снующими машинами, время от времени слышатся взрывы. Территорию, прилегающую к метеостанции, отдали канадской горнорудной компании, которая собирается добывать здесь золото. Отправляемся к канадцам в гости в надежде разжиться свежей едой.
Первый же самосвал подкинул нас до поселка. По пути водитель ввел нас в курс местной жизни. Оказывается, канадцев всего несколько человек, а остальные — наемные рабочие из местных и турки, работающие по контракту. Прямо как в советские времена, над административным зданием висит лозунг — «Дадим золото к 1997 году». Дисциплина на руднике очень жесткая, работают вахтовым методом по десять часов в день в течение 2-3 недель, на время вахты — сухой закон, спиртного здесь нет вообще. Находим столовую. Такого кулинарного изобилия на высоте 4000 метров мы еще не видели. Как признались рабочие, кормят их «на убой». Повар, спросив разрешения у начальства, собрал нам пластиковый мешок продуктов и попросил побыстрее покинуть поселок — посторонним на территории компании не место.
...Нам предстояло подняться по леднику Петрова, длиной около 15 км, до перевала Джаман-Су (4600 м) и, спустившись по леднику Джаман-Су, пересечь массив посередине.
Идти по ровному льду, слегка присыпанному камешками, — просто удовольствие! У нас был с собой тибетский колокольчик, и его ясный звон оживлял этот хрустальный пейзаж.
Мы поднимаемся все выше и выше. Ручьи промывают себе русла во льду. С теневой стороны трещин висят сосульки, стоят каменные грибы (лед под большими камнями тает медленнее, чем окружающий, и в результате на леднике часто можно встретить «грибы» со «шляпкой» из плоского камня размером до 2-3 метров, на ледяной ножке). От ослепительного света, даже если наденешь очки, кружится голова. Чрезвычайно красивы боковые притоки ледника. Один из них стекает с великолепного зубца, похожего на спинной плавник косатки.
Но вот началась «ледяная щетка». Изредка останавливаемся, пьем воду, едим изюм. Заставляем себя дышать, так как легкие реагируют не столько на недостаток кислорода, сколько на избыток углекислоты. Ноги проваливаются по колено в наст. Лица закрываем тряпками — солнце сжигает кожу. Бугор, закрывающий выход на перевал, кончается, впереди провал. Нам кажется, что до перевала еще идти и идти, — перспектива сыграла злую шутку с нашим восприятием. Но через несколько минут мы понимаем, что находимся на перевале.
Стоим на самом краю громадного обрыва, в двухстах метрах ниже виден ледник Джаман-Су с небольшими озерами в воронках. Ущелье окаймлено вершинами — отвесные стены и глубокие расселины, изломанные пики и висячие ледники...
Все перевалы обладают каким-то удивительным свойством: проходя их, ты как бы оставляешь всю предыдущую жизнь позади, и перед тобой открывается что-то совершенно новое, и только от тебя зависит, чем ты наполнишь эту новую жизнь.
