Линии электропередач на холмах и автомобильная колея подсказывали, мне куда идти. Подъем пологий, неплохая поначалу дорога выше оказалась разрушенной, размытой потоками воды. Похоже, что за последние годы о ней никто не заботился.
Час за часом мы монотонно передвигаем ноги, дождь сменяется снежной крупой. Нам надоел этот бесконечный, нудный подъем, и мы решили перевалить хребет, отделяющий нас от долины реки Ак-Шыйрак, в лоб. Травянистый подъем постепенно сменился щебенкой, то и дело перемежающейся скальными выходами, вслед за которой мы угодили на чрезвычайно подвижную осыпь из мелких камней. Делаешь сотни шагов, месишь ногами эту «сыпуху»... и остаешься на месте! Наконец, совершенно вымотавшись, вылезли наверх и были с лихвой вознаграждены за мучения при подъеме.
На юге открылся вид на вершины Кок-Ша-ала, самого высокого хребта Тянь-Шаня, протянувшегося более чем на 800 км с востока на запад; от него нас отделял каньон реки Ак-Шыйрак. На севере — массив Куй-Лю, а еще дальше — южные склоны Терскей Ала-Тоо. Далеко на востоке сквозь облака выглядывал пик Хан-Тенгри.
Кругом видны сползающие в долину ледники и ленты рек. Над головой кружит беркут. Открывающиеся пространства просто невероятны! Только в горах можно одним взглядом окинуть сотни километров! Очень сильный ветер дует плотно, без порывов, кажется, что на него можно лечь.
Спускаемся в долину уже в полной темноте. Вынуждены идти, придерживаясь русла реки. Дорога бесконечна, лесовые холмы, ни единого огонька. Все вниз и вниз, кажется, мы давно уже спустились ниже уровня Мертвого моря. Опять фунтовая дорога.
Спина совершенно отнимается, в глазах вспыхивают какие-то искорки, и когда мелькнул настоящий свет, мы не очень-то и поверили. Пройдя еще немного, увидели впереди под холмом строения. То была пограничная застава. Через черный ход проникаем на территорию заставы, чем будим начальника, который, проверив наши документы, накормили от души и уложил спать в гостевой комнате.
Утром — чай в комнате начальника заставы.
На флагштоке киргизский и российский флаги. Офицеры попросили отснять на видео кусочек их жизни — семью, службу, друзей. Потом обед — тушенка, макароны, кто-то принес бутылку. Нам рассказали, что дороги до поселка Эныльчек — конечной точки нашего маршрута — не существует, хотя и обозначена на карте, и идти придется пешком.
