Полтавская Опошня встретила нас ярмарочной сутолокой, пестротой вывесок и одежек, шашлычными дымками: отпраздновав день Петра и Павла, опошняне веселились на празднике гончаров. В старину тут на левом холмистом берегу Ворсклы возникло довольно уютное защищенное поселение, возле любого двора здесь мирные путники могли «спешиться» — слезть с коня и отдохнуть.
Так, по преданию, произошло название городка, ставшего впоследствие столицей украинского гончарства. Подъехав к музею гончарства, и мы спешились, приткнули велосипеды к дощатому забору. И на несколько часов стали опо-шнянами, сразу окунувшись в атмосферу праздника. Комки глины на гончарном кругу, который был установлен на лужайке перед музеем под знаменем цеха опошнянских гончаров, буквально на глазах превращались в горшки и миски.
Тут работали гончарный мастер Михаил Катриш с художником-керамистом Ниной Дубинкой. Она деревянной «писачкой» наносила узоры на миниатюрные гончарные изделия. И такая спорая работа кипела, и так вкусно глиной пахло, что, вдыхая этот запах, мы убеждались — жив в Опошне дух давних традиций, не поросло травой древнее ремесло.
«Хоть умирай, а в свой горшок заглядай», — настаивали совестливые хозяйки. «Хоть и малый горшок, а мясо варит», — учила мать дочку. И все были уверены, что без этой посуды и многих других гончарных изделий не обойтись в хозяйстве.
Гончаров еще называли «горшколепами», а также «мисочниками», «поливяниками» (все от того, на чем специализировались; поливяники — на изготовлении глазурованной посуды). Земля кормила человека, земля же давала ему все необходимое для того, чтоб приготовить еду и устроить быт.
«Глинищами» издавна на Украине называли места по берегам рек, балкам, оврагам, где добывали глину. Нетрудно было найти глину-мазалку для сооружения хаты, так как лежала она почти на поверхности. А вот залежи гончарной глины часто прятались под землей, и с уверенностью сказать, где именно, мог только опытный человек. К тому же нужно было определить ее качество, хотя бы на глаз прикинуть, как она поведет себя на гончарном кругу.
В принципе ничего сложного в этом не было. Глина-горшовка не растворяется в воде, если ее не болтать. Шары из нее после высушивания не имеют трещин. И все же только специалисты могли разобраться в сортах глины.
Скажем, полтавские гончары различали «песковатку» — песчанистую огнеупорную глину, «сыпец» — сильно песчанистую, «чернуху» — черную жирную, «жоству» крупнозернистую, «наглинок» желтовато-зеленую глину.
Гончары использовали глину в чистом виде, а также в разнообразных смесях. Если глина была слишком «буйной» (жирной), ее необходимо было усмирить — размешать с песком. «Отмучиванием» назывался процесс разбалтывания глины с водой, чтоб освободить се от примесей, которые оседали на дно.
Глину на телегах привозили из глинищ и сохраняли во дворе под открытым небом. При необходимости ее заносили в мастерскую и заливали водой. Замешанную как тесто глину били веслами, колотили деревянными молотками-долбнями, стругали специальными стругами, сделанными из обломков кос, или резали проволокой. После этого глину раскатывали в колбаски.
От них гончар отщипывал куски и обрабатывал на гончарном кругу. Готовый горшок (на его лепку у опытного мастера уходит минут десять — сам был тому свидетель) срезали натянутой проволокой. Сырые гончарные изделия сушили во дворе или в домашней печи.
Последняя операция — обжиг. Тут требуется гончарная печь, сложенная из кирпичиков. Изделия в печь ставили рядами, между которыми были перегородки. Обжиг иногда продолжался около суток и разделялся на три этапа.
Первый — обжиг «на окур» — на слабом огне, второй — на огне средней силы, а третий — «печкование» — на самом сильном. Не боги находили и добывали глину, тем более не они лепили и обжигали горшки. Общие гончарные формы сложились еще во времена Киевской Руси и даже раньше. Но каждый тип гончарных изделий имел свои особенности. Их обусловили и местные традиции, и мастерство гончаров, и, конечно, качество материала.
В Опошне, скажем, изготавливали миски и полумиски, разные горшки, макитры, ковши, кувшины, детские игрушки и декоративные плитки. Кое-где гончары для молочной посуды использовали «слимаки» — глину, которую собирали с пальцев, когда лепили что-нибудь другое. Мастера говорили, что как хозяйки сметану собирают, так гончар слимаки с пальцев обирает.
Покупая кувшины, селяне старались нащупать на дне «пупец», так как были уверены, что пупец помогает зарождению сметаны.
