В прошлом году в Париже на вернисаже русского художника Владимира Чернышева я познакомилась с его женой — француженкой Ани Тесье, преподавательницей русского языка в парижском колледже. Более 20 лет они живут во Франции. Мы подружились, и я попросила Ани рассказать читателям нашего журнала, почему многие французские студенты изучают русский язык. И вот пришло письмо… (Елена Чекулаева)
Скоро 20 лет, как я преподаю русский язык в Париже. 20 лет — срок немалый, можно подводить итоги. И хочется разделить накопленный опыт с читателями вашего журнала. Надеюсь, им будет небезынтересно узнать, как относятся французы к России, к русской культуре, к изучению русского языка; как может сложиться судьба человека, увлеченного другой культурой.
Почему я выбрала профессию преподавателя? В отличие от многих моих сверстников мне всегда было как-то боязно учить других людей. Возможно, я — случайный педагог, однако полюбила свою работу, своих учеников и студентов.
На мой взгляд, за 20 лет французское общество почти не изменилось, народное просвещение не претерпело никаких глубоких реформ или переворотов, и моя преподавательская работа плавно движется по течению. Но пора оглянуться назад...
...1977 год — осень — Париж, Северный вокзал — родители провожают свою 22-летнюю дочь без особого волнения. Она самостоятельная, решительная девушка, привыкла ездить одна, успела побывать в Греции, Ирландии, Марокко.
Я хотела познать мир, увидеть новые страны, быть иностранкой, то есть оказаться без прошлого и без будущего, объясняться на разных языках.
Тот поезд, осенью 1977 года, не совсем походил на те поезда, в которых я ездила раньше. Здесь чувствовалась особенная атмосфера, будто он привез с собой русский ветер: серый вагон с красной звездой, проводник, говорящий только по-русски — маленький кусочек России на французской территории.
Проводник проверил билет, паспорт, визу; разрешил родителям войти в купе, помочь уложить чемоданы. Мне предложили специально выставленные в этом вагоне книжки, чтобы иностранцы познакомились с жизнерадостным прогрессивным социалистическим обществом.
Чемоданы с трудом поместились в купе на троих — трое француженок, которые, получив стипендию, отправлялись в долгий путь — сначала в Москву, а оттуда в разные города навстречу судьбе.
Я жаждала новых знакомств, ощущений, открытий, и меня ничуть не пугали отсутствие комфорта, любые неудобства. Сбывалась моя мечта: поехать в Россию, в Ленинград и там жить, пропитываясь русской культурой. Многим это все казалось непонятной прихотью. Мне самой трудно объяснить, как все это произошло.
Не было у меня русских предков, ни капли русской крови, никто в моей семье не знал русского языка. Почему я решила учить именно русский язык? Нелегкий вопрос.
Конечно, ответ может показаться банальным: красивый мелодичный язык, оригинальный алфавит, таинственная культура.
Сегодня, как и прежде, матрешка, самовар, тройка — символы русской своеобразной культуры. Русские сказки заставляют мечтать французских детей, которые знают Бабу Ягу и ее избушку на курьих ножках. Помню, как меня в детстве пленяли русские сказки и легенды с неповторимыми иллюстрациями Билибина! Как мне понравился американский (!) фильм «Доктор Живаго», полный романтизма, красивых снежных пейзажей, революционного духа. Может быть, это вес стереотипы. Но — это стереотипы, показывающие, насколько для французов русская культура и близка, и одновременно далека. Например, на днях один мой ученик сказал: «Россия — магическая страна...»
В 15 лет я открыла такие имена, как Достоевский, Эйзенштейн, Бородин, открыла новый мир, почувствовала необходимость выучить этот язык. Трудности были: пришлось сменить лицей, расстаться с друзьями, даже изменить некоторые привычки.
Самый распространенный иностранный язык в колледже и в лицее в Пари-Иже — английский. Большинство французских учеников выбирают его первым обязательным иностранным языком лет в 10, когда они поступают в колледж в 6-ой класс (но Франции классы считают наоборот). Правда, можно выбрать и другой язык, но нужно найти преподавателя или заочно заниматься.
Такой же свободный выбор и для второго языка, который начинают изучать через два года, в 4-ом классе. Помимо живых языков, можно еще учить и «мертвые» — латинский и греческий, но здесь справляются только самые серьезные и прилежные, желающие иметь полное общее образование,
остальные отдают все свои силы обязаьным предметам, которых и так немало.
Французские дети могут специализироваться довольно поздно — только после второго класса, поэтому лучше изучать как можно больше предметов, чтобы сделать правильный выбор. Школа предлагает лицеистам дополнить свое расписание, добавив новые предметы в начале второго класса, на первом году учебы в лицее. Одним из этих предметов может быть третий язык, и за это я крайне признательна народному просвещению: я смогла дать волю новой страсти и начать изучение русского языка.
Вначале решила делать ставку на английский язык, который пригодиться мне в профессиональной жизни, продолжая учить русский ради собственного удовольствия. Ирония судьбы!
Четыре года я посещала курсы на двух факультетах, и внезапно появилась возможность получить стипендию, поехать в Россию, жить в России после получения университетского диплома. Желающих было много, избранных мало, но мне посчастливилось.
Вот как я оказалась в поезде Париж — Москва с шестимесячной визой в Ленинград, в СССР, в загадочную страну, в страну мечты, которую французы знали плохо и в которую трудно было поехать.
Ощущение дальности романтизировало железнодорожное путешествие: границы, проверки документов разными таможенниками, долгие остановки без возможности выйти, утомительная замена колес в Бресте, медленный ход поезда, две бессонные ночи...
Сегодня, наверно, никто так не ездит в Россию, самолет быстрее, удобнее и не дороже. Тогда это была настоящая авантюра.
В Москве нас привезли в гостиницу, где мы должны были переночевать, чтобы на следующий день распределиться. Одних назначили в Воронеж или в Ленинград, других — которые составляли большинство — оставляли в столице. Через четыре долгих дня после отъезда чемоданы мои стояли в общежитии на берегу Невы.
Не буду рассказывать о своей шестимесячной стажировке в России. У французов была далеко нелестная репутация: они не подчиняются правилам для стажеров, слишком общительны, ведут свободный образ жизни, результат которого нередко: брак! В этом я не отличалась большой оригинальностью. И через шесть месяцев, к большому удивлению родных и друзей, я вернулась во Францию с мужем.
Замужество означало ответственность, надо было работать. Я сразу нашла работу.
За такой короткий срок все перевернулось! Вся моя жизнь стала связана с Россией. Это произошло и неожиданно, и как будто все так должно было быть. Складывались кусочки головоломки — «puzzle», составленной случайностью.
Все части соединились, и все русское стало центром моего существования —русский круг друзей, работа, любовь...
Я полюбила преподавательскую работу. Отчасти потому, что никто не учит русский язык «просто так». Должна быть какая-то важная и интересная причина, большой интерес. Никто из моих учеников не относится равнодушно к русской культуре, к русскому языку, что придает работе особенный аромат.
Для французов, конечно, это довольно трудный язык, английский ближе — тем более, что постоянно его можно слышать в кино, по телевизору; испанский или итальянский очень похожи на французский, все эти страны — соседи. Россия же намного дальше, и многим русский язык кажется закодированным — буквы, кириллица, склонения...
А выбрать язык ради постижения его сложности мало кто решится, программы уже достаточно нагружены, все знают, что нужно бороться, чтобы найти себе место в обществе, и самое главное — сдать экзамен на бакалавра (аттестат зрелости), который открывает путь к высшему образованию. Честолюбивые подростки стараются сдать его с отличием. Большинство же хочет просто окончить школу лет в 18.
Охарактеризовать особенности французского просвещения можно так: чем позже специализируется подросток, тем лучше. Ранняя специализация — значит ранний конец учебы, ранняя угроза безработицы. Поэтому родители стараются, чтобы их дети брались дополнительно изучать латинский или древнегреческий языки — для наиболее полного образования, даже если сокращается и без того скудное свободное время.
В колледже уроки занимают часов 30, четыре дня с половиной (традиционно нет занятий в среду после 12, также как и в субботу), все зависит от факультативных уроков. Их посещение становится обязательным только, когда они включены в расписание. Учащиеся проводят в лицее не меньше 40 часов, каждый урок продолжается 55 минут, в среднем каждому предмету посвящается три урока в неделю. Единственный свободный день — воскресенье, но приходится делать немало домашних заданий.
Тот, кто благополучно достиг второго класса, должен сделать выбор: какой «бак» сдавать: с математическим научным уклоном, экономическим или литературным. Первый вариант открывает «королевский путь», если еще сдать экзамен с отличием, тогда все дозволено, можно поступить в самые престижные высшие учебные заведения и составить элиту. Многогранный человек успевает по всем предметам... И нередко это студенты, изучающие русский язык.
Ани Тесье
