Женщины в мьянманском обществе занимают особое положение. Сэр Джеймс Джордж Скотт, написавший в 1881 году книгу «Бирманец», выдержавшую множество переизданий и до сих пор являющуюся своеобразным «справочником» по этому народу (по крайней мере, в Мьянме она продается на каждом углу), писал, что «замужняя бирманская женщина гораздо более независима, чем любая западная даже в самых передовых государствах… Она может выйти замуж за кого хочет и развестись, когда захочет… При этом все ее приданое, и все, что она заработала за время замужества, принадлежит ей и ее потомкам». В то же время уважаемый сэр отмечал, что женщины Мьянмы не стремятся к образованию, а в пагодах молятся, чтобы в следующей жизни они стали мужчинами. «На этом их неравенство с мужчинами заканчивается».
Напомним: это написано еще в 1881 году, до начала борьбы женщин в просвещенном мире за избирательные права и прочие «льготы».
Поэтому обойти своим вниманием такую важную тему, как мьянманские женщины, мы не могли. Никогда прежде мы не видели такой гордой осанки, длинных черных волос и невероятной, но скромной грации. Подавляющее большинство женщин Мьянмы мажет себе лицо «танакхой», специальным белым составом из растертой в порошок древесины и коры одноименного дерева. У этого «макияжа» (покрываются в основном щеки, а также нос, лоб и руки) есть и практический эффект – это лучшее средство от того, чтобы не сгореть на солнце, к тому же еще и дезинфицирующее. Поначалу эти намазанные щеки вызывают неоднозначное чувство, но уже очень скоро начинаешь понимать, насколько прекрасна девушка с танакхой.
Мы решили проверить наши впечатления о местных женщинах. Сидя в ресторане с нашим новым приятелем Мин Мьином, вернее У Мин Моном («гордый король»), мы спросили его, что мьянманские мужчины думают о своих женщинах. Мин Мьин, будучи буддистом, не пил спиртного, хотя был искренне рад тому, что другим это доставляло удовольствие. «Каковы они, девушки Мьянмы?» – с волнением спросили мы его. Мин Мьин – преданный муж и отец – посмотрел на нас с грустью. «Мужчины дерутся, а женщины бьют в спину, что более опасно. Если ты дашь что-то любимой, ей этого никогда не бывает достаточно. Когда мужчина делает что-то слишком – это плохо. Слишком любит, слишком тратит… А надо – посредине». Это умозаключение поразил нас крайне. Но все же главное потрясение в Мьянме было еще впереди…
В последний день нашего двухнедельного пребывания в столице страны Янгоне мы пошли к Шведагону – главной пагоде страны и истинному чуду света. Эта фраза звучит буднично и избито. На Земле существует множество сооружений и достопримечательностей, которые местные жители совершенно искренне считают Восьмым чудом света. И будут по-своему правы. Так вот, отличие подобных мест от Шведагона – в том, что стоит только увидеть это сооружение, сразу становится понятным, что это – просто чудо света, без номера.
Шведагон – этот волшебный город на холме, доминирующем над всем Янгоном, поражает сразу – и колоссальными размерами, и невообразимым богатством, и тысячелетними легендами. Предание гласит, что два брата-купца 2 500 лет назад добрались до Гаутамы Будды и вручили ему медовый пирог. В благодарность Будда дал им 8 своих волосков. Дорога назад была трудной для братьев, и им пришлось расстаться с 4 из 8 священных волос. Но когда они после всех испытаний и сложностей все-таки добрались до Мьянмы и открыли шкатулку с даром Будды, произошло чудо – волосков в ней по-прежнему было 8. На этом чудеса не закончились – слепые прозрели, глухие услышали, немые заговорили, а хромые побежали во все концы страны сообщать эту радостную новость. В это же мгновение затряслась земля, зацвели деревья, а с неба посыпался дождь из драгоценных камней. Как видно на этом примере, даже всего 8 волосков способны порой изменить мир…
Хотя и на этом легенда не заканчивается. Шведагон считается единственной пагодой на Земле, в которой хранятся также реликвии и от трех предыдущих Будд. Как известно, Гаутама Будда был четвертым по счету Буддой, пришедшим в этот мир. В Шведагоне хранится чашка от первого Будды, покров – от второго и посох – от третьего, что делает это место еще более уникальным.
«Шве» – переводится с мьянманского как «золотой», «Дагон» – это название местности. В бедной стране, огражденной внешними экономическими санкциями, мьянманцы выставили свои драгоценности на всеобщее обозрение, и их золото и бриллианты служат для укрепления славы буддизма. 100-метровая пагода Шведагон покрыта сусальным золотом, а ее верхушка облицована 13 153 золотыми плитками, каждая размером 30 см 2. Пагода увенчана флагом с 1 100 бриллиантами, помимо которых на нем расположено еще 1 383 других драгоценных камня. На верхушке ступы находится золотая сфера с 4 351 бриллиантом с сияющим наверху еще одним 76-каратным камнем. Ступа регулярно реставрируется как властями, так и верующими, наносящими на ее стены все новые и новые слои золота.
Основание ступы занимает 5 гектаров. На вершину холма, где она расположена, ведут 4 крытые лестницы, сами по себе являющиеся произведениями искусства. Под деревянной крышей царит прохлада. Прихожане идут босиком мимо маленьких лавочек, в которых продаются буддистские украшения, куски сандалового дерева, посуда и многое другое. Уже здесь царит атмосфера праздника.
Шведагон – это не одна гигантская ступа, а целый комплекс зданий. Вокруг этого гигантского золотого колокола располагается еще около 70 сверкающих золотом небольших пагод, а также масса других построек – павильонов, храмов для поклонения духам. Под навесами установлены огромные колокола, один из которых, Маха Тиссада, весит 42 тонны. С другим колоколом, Сингумин, весящим 23 тонны, связана важная для независимых мьянманцев история. В 1825 году англичане пытались увезти его в Калькутту, но лодка под его тяжестью проломилась и колокол утонул в реке. Все старания британских инженеров поднять его со дна оказались тщетными, и тогда англичане заявили бирманцам, что если те смогут его достать, колокол останется на родной земле. Бирманцы просунули под колокол бамбуковые бревна, и он всплыл сам. Теперь для современных мьянманцев Сингумин – один из символов независимости их родины.
