Принято считать, что главную роль в стремительном взлете Витте сыграли знакомство с императором Александром III и поведанное им государю пророчество. Да, такой случай в его судьбе был: император направлялся в Крым, и Сергей Юльевич по этому поводу схлестнулся с министром путей сообщения Посьетом – тот требовал для царского поезда льготной повышенной скорости, но управляющий дороги был непреклонен – мол, не желаю государю голову ломать!
В момент происходившей на крайне повышенных тонах перепалки в кабинет незаметно для спорщиков вошел император и, не вникнув до конца в суть происходящего, воспринял резкий тон по-южному темпераментного Витте как хамство в адрес своей монаршей особы. Естественно, высочайшим повелением царь желаемое получил и спешно отбыл в монаршем составе на курьерской скорости… А всего 3 месяца спустя царский поезд на Курско-Харьковско-Азовской дороге на всех парах слетел с рельсов близ станции Борки – 28 находившихся в нем человек погибли, монаршая семья уцелела чудом, и то лишь благодаря недюжинной силе Александра, удержавшего рухнувший потолок вагона-ресторана собственными руками…
Кандидатуру Витте на вакантный пост директора Департамента железнодорожных дел при Министерстве финансов – и не под горячую руку, а выждав удобный момент – предложил царю весьма благоволивший Сергею Юльевичу главный финансист И.А.
Вышнеградский. Сделал он это с осторожной оговоркой: конечно, Витте – человек вспыльчивый, зато какой хозяйственник!
Государю предстояло принять непростое решение. Во-первых, такое назначение ломало табель о рангах: провинциальный титулярный советник в одночасье, через несколько ступеней, становился действительным статским советником (с генеральским чином!). А во-вторых, требовалось хотя бы наполовину компенсировать Витте ущемление в его собственных деньгах – директору Департамента отпускалось жалованье в 16 тысяч рублей годовых, а это означало необходимость доплаты ему не менее 8—10 тысяч рублей непосредственно из царской казны. Но тем не менее император согласился.
Для Витте финансовый момент на первом месте не стоял, волновало другое – в Петербурге ему неизбежно предстояло «играть» в политику, которой прежде он всячески предпочитал сторониться. И все же в свои 40 лет Сергей Юльевич начал крутое восхождение на вершину власти. Уже 15 февраля 1892 года он стал управляющим Министерства путей сообщения (и автоматически – членом Государственного Совета), а в августе того же года – и финансового ведомства. В следующем году Витте стал министром финансов с произведением в ранг тайного советника и почетным членом Императорской Академии наук.
