То, что обстановка изменилась, было заметно сразу. Выйдя наружу, мы оказались в полукольце воинов. Чуть впереди стоял плотный индеец средних лет, в поношенных шортах и майке. Антонио заговорил с ним, пытаясь что-то объяснить, – как видно, насчет нас, но тот его не слушал. И пристально глядел в нашу сторону. Дело, похоже, принимало серьезный оборот. Перед нами, судя по всему, стоял вождь – для него мы были незваными гостями, вторгшимися в его владения. Хижняк попробовал заговорить с вождем по-португальски, и тот начал ему отвечать. Я ни слова не понял из их диалога, однако тон предводителя журикабо не сулил ничего хорошего. «Надо уходить», – бросил нам Хижняк. Индейцы расступились, и мы двинулись по тропе, ведущей к берегу. Шли не оглядываясь, спиной чувствуя недобрые взгляды воинов журикабо. От былого радушия не осталось и следа.
У кромки воды остановились – хотелось узнать, что сказал вождь, и обсудить, как быть дальше. Через некоторое время к нам подошел Антонио и передал решение Давида – так звали вождя, которому индейцы, все до одного, подчинялись беспрекословно.
«Вы должны немедленно покинуть деревню», – коротко сообщил Антонио.
Однако, поскольку дело близилось к вечеру, нам было позволено остановиться на ночь километрах в двух выше по течению Демени (ниже не было подходящего места для стоянки), с тем чтобы уже наутро покинуть территорию этого яномамского племени.
Всю ночь рядом с нами был молодой индеец по имени Луис – вождь отрядил его следить за нашими действиями.
Кроме того, Антонио, перед тем как проститься, добавил, что, если мы не подчинимся требованиям Давида, яномами применят силу.
Итак, выбора у нас не было. Мы стали лагерем и решили дождаться утра, а потом, воспользовавшись тем, что по договоренности кому-то из нас предстояло доставить Луиса обратно в племя, – еще раз попробовать договориться с вождем. Индейская деревня непреодолимым заслоном встала на нашем пути в неисследованный район Амазонии, раскинувшийся у подножия Гвианского нагорья.
Ночь прошла спокойно. Накормленный до отвала и задаренный подарками, Луис безмятежно спал, свернувшись калачиком в тамбуре палатки, никак не реагируя на то, что мы то и дело через него перешагивали. Утром, как и договорились, Хижняк с Луисом сели в «Таймень» и поплыли в деревню. Компанию им составил наш оператор Саша Белоусов – в глубине души он надеялся отснять хотя бы несколько планов. Вернулись они вдвоем с Хижняком часа через два с половиной – лица у обоих безрадостные. Однако, хотя нам и в этот раз, как говорится, дали от ворот поворот, Хижняку удалось кое-что разузнать о вожде журикабо.
Оказывается, Давид, остановивший наше продвижение в глубь яномамской территории, был вождем не только журикабо. Этот человек объединил под своим началом многие яномамские племена, живущие по эту сторону Гвианских гор. Теперь, вступив в контакт с представителями бразильского правительства, он пытается договориться о том, чтобы на землях яномами было создано нечто вроде индейской автономной республики. Таким образом, судьба столкнула нас с человеком, о котором, возможно, последующие поколения индейцев буду слагать легенды. Правда, при более близком знакомстве «живая легенда» оказалась довольно капризной, самолюбивой, меркантильной и жестокой. Вместе с тем не могу не согласиться, что дело, которое задумал Давид, может сыграть полезную роль в сохранении не только самих индейцев яномами и их культуры, но и природы этой, пока не тронутой цивилизацией части Амазонии.
