Среди первых вывезенных эмигрантами после революции и проданных заграничным антикварам вещей были 6 пасхальных яиц Фаберже, выполненных на рубеже веков по заказу золотопромышленника Александра Кельха. Впрочем, с некоторыми из этих изделий их ставшие изгнанниками владельцы не желали расставаться ни при каких обстоятельствах. И не только потому, что в 1920-х годах их рыночная стоимость была еще не слишком высока – эти милые сердцу свидетели прошлого были слишком дороги людям, навсегда потерявшим родину. Дочь императрицы Марии Федоровны, великая княгиня Ксения Александровна, бережно хранила привезенное из России наследство – пасхальное яйцо «Георгиевский крест», изготовленное в 1916 году по императорскому заказу. Продано оно было только после ее смерти.
…Тем временем в молодом советском государстве шла кропотливая работа по конфискации всего, что имело хоть какое-то отношение к царской фамилии. Все найденные «богатства», подвергшись оценке, незамедлительно национализировались. Большая часть пасхальных яиц Фаберже, привезенных из дворцов Петербурга, хранилась в Оружейной палате Московского Кремля до 1922 года, а затем была передана Гохрану – для продажи на антикварных рынках Запада.
Одним из первых покупателей выставленных на продажу ценностей, в том числе и коллекции пасхальных яиц, стал американский бизнесмен Арманд Хаммер. Он явно знал, что делал: по возвращении в Соединенные Штаты ему удалось с большой выгодой для себя продать реликвии своим соотечественникам-коллекционерам. Примеру предприимчивого американца последовал и англичанин Эмануэль Сноумэн из компании Wartski. Приобретя в России 9 пасхальных яиц Фаберже, он затем благополучно перепродал их в Лондоне. Естественно, что отток «царских богатств» из страны, сокрушившей монархию и нуждавшейся в немалых средствах для построения нового, свободного от прежних пережитков общества, ее руководителями только приветствовался.
В 1927 году директор Оружейной палаты Дмитрий Дмитриевич Иванов – ныне незаслуженно забытый, хотя и проделавший для сохранения многих отечественных произведений искусства неоценимую работу, – обратился к советскому правительству с просьбой передать оставшиеся в стране шедевры Фаберже на хранение в Государственную сокровищницу. Его усилия увенчались успехом – в Оружейную палату были отправлены 24 пасхальных яйца, но, увы, ненадолго… Уже через пару лет в СССР была образована специальная комиссия по изъятию и продаже произведений искусства – правительству срочно потребовались средства «на нужды индустриализации». В список подлежащих сбыту антикварных ценностей попали и императорские пасхальные яйца. Более половины из них, а именно 14, в конечном итоге были проданы по недопустимо заниженным ценам. Не вынеся этого удара, в 1929 году Дмитрий Дмитриевич покончил с собой… Оставшиеся 10 яиц ценой немалых усилий удалось уберечь от продажи и оставить в коллекции Оружейной палаты. Этим спасенным реликвиям, собственно, и суждено было составить самое крупное собрание из всех разбросанных по миру императорских пасхальных яиц Фаберже.
