Принято считать, что когда приближается новое столетие — а сейчас на нас надвигается не только новый век, но и новое тысячелетие, — в обществе нарастает тягостное предощущение грядущих перемен. Так было в конце прошлого века, то же самое можно наблюдать и сейчас, причем в ближайшие годы эти тревожные ожидания будут скорее всего нарастать. Не исключено, что объявятся новые мессии, предрекающие Страшный Суд, мировую катастрофу, после которой спасутся лишь избранные...
Справедливы ли эти настроения? Скорее всего нет. Что такое, в сущности, рубеж веков? Календарная отметка, порожденная десятичной системой счета, реформой летосчисления, произведенной когда-то Юлием Цезарем и астрономом Сосигеном, и нововведением папы Григория XIII. Есть немало стран, в которых и век ныне — не двадцатый, и цифра 2000 не маячит на горизонте. Однако для очень многих людей — особенно христианской веры — понятие «тысячелетие» представляется священным, а сама «круглость» даты — двухтысячный год — обладает магической силой. Не будем подвергать эту магию сомнению. Времена на дворе, действительно, необыкновенные, только вряд ли следует окрашивать наши ожидания в трагические тона.
Закончится ночь с 31 декабря 2000 года на 1 — января 2001-го, наступит первое утро третьего тысячелетия, и люди увидят — мы надеемся, это будет именно так, — что ничего особенно не произошло. Просто мир стал немного старше, а следовательно — немного умнее. О том, как умнеет человечество, о том, каких открытий, изобретений, идей, новаций следует ожидать в следующем веке и дальше, и будет рассказывать наша новая рубрика.
А начнем мы все-таки с конца. С конца века.
