Автор: Киви Берд
В США издана книга, впервые рассказывающая о почти полувековой истории сверхсекретной научно-исследовательской структуры Jason, которая ежегодно собирается из видных американских ученых для оказания консультационных услуг Пентагону и разведывательному сообществу.
Книга «Язоны: тайная история научной послевоенной элиты» («The Jasons: The Secret History of Science’s Postwar Elite» by Ann Finkbeiner, Viking Adult, 2006) написана американской журналисткой Энн Финкбейнер на основе многолетних исследований и личных бесед с 36 представителями этого специфического сообщества «ученых-патриотов», по заданию военно-политического руководства исследующих широчайший спектр проблем – от эффективности оружия массового поражения и средств электронной слежки до глобального потепления и биомолекулярных вычислений.
История «Язонов» началась в конце 1950-х годов, еще в президентство Дуайта Эйзенхауэра, когда под впечатлением от космических успехов СССР выдающийся физик-теоретик Джон Арчибальд Уилер предложил собирать несколько дюжин «самых головастых» ученых из академической среды для выдачи правительству независимых, не обремененных ведомственной конъюнктурой рекомендаций по наиболее актуальным научно-техническим аспектам обороны. Идея была поддержана госадминистрацией, а также видными физиками Эдвардом Теллером и Хансом Бете, военное министерство под этот проект выделило приличные фонды, и начиная с 1960 года лучшие умы нации каждые июнь-июль, без заметного отрыва от основной работы, стали собираться в одном из укромных курортных уголков страны для совместных мозговых штурмов.
Тематика работ была окружена плотной завесой секретности, и даже сам факт существования «Язона», не говоря о личном участии в этом проекте, разглашать было строго запрещено. Правда, за эту «тихую научную работу» недурно платили (по сегодняшним деньгам – 850 долларов суточных), поэтому ученые были заинтересованы хранить молчание. Лишь впоследствии стало известно, что среди «язонов» в разное время работали многие из нынешних нобелевских лауреатов: Стивен Вайнберг, Вэл Фитч, Чарльз Таунс, Мюррей Гелл-Манн, Леон Ледерман.
Сильнейшим моральным испытанием для членов группы «Язон» стала вьетнамская война, поскольку по заданию Пентагона им пришлось исследовать разнообразные предложения по блокированию массового проникновения вьетконговских партизан через границу между Севером и Югом. «Научный анализ» простирался от радиоактивного заражения двухсоткилометровой пограничной зоны с помощью маломощных ядерных зарядов до электронных заграждений и разбрасывания с помощью авиации противопехотных мин вместе с микрофонами-передатчиками. Настроенные на крупную «дичь» мины должны были поражать противника, а передатчики – транслировать вопли раненых. По этим звукам американские военные намеревались определять, кого зацепило – зверя, крестьян или партизан, и если было похоже на партизан, то по данному району сразу наносился бы массированный удар кассетными бомбами.
Как известно, ни эксперименты Мюррея Гелл-Манна в джунглях Панамы с электронными барьерами, ни напалм и ковровые бомбардировки Северного Вьетнама не смогли воспрепятствовать крупномасштабным и успешным боевым действиям партизан. Зато в 1971 году газета New York Times опубликовала серию статей, посвященных так называемым «Документам Пентагона» – утекшей в прессу секретной истории Вьетнамской войны, написанной по заданию министра обороны Роберта Макнамары. Из этих документов американское общество впервые узнало о работе «Язона» и его ученых, которых активисты антивоенного движения стали именовать не иначе, как военными преступниками. Однажды, например, авиапассажирка узнала в случайном соседе физика Ричарда Гарвина и, встав с кресла, на весь салон заявила: «Этот человек – Дик Гарвин. Он убийца младенцев»…
В долгой истории группы «Язон» есть самые разные страницы. Хотя подавляющая часть исследований засекречена, о некоторых из достижений участники говорят открыто и с неподдельной гордостью. Например, когда в 1996 году Билл Клинтон подписал договор о полном запрещении испытаний ядерного оружия, в значительной степени это было обусловлено выводами «Язона» о том, что в подобного рода взрывах больше нет необходимости для обеспечения жизнеспособности ядерного арсенала Америки.
В тот же период, кстати, почти половина текущих исследовательских тем «Язона» стала несекретной, поскольку политический климат делал массовые убийства все менее актуальными, а Пентагону приходилось доказывать свою полезность в совершенно новых условиях… Разумеется, подобные тенденции устраивали далеко не всех – и ныне, когда политическая обстановка вновь резко изменилась, все вернулось к привычному засекречиванию. Масштабные инициативы администрации Буша по усилению секретности хорошо известны. Неизвестно лишь, как относятся члены «Язона» к своему участию в войнах последнего времени, ибо книга Энн Финкбейнер рассказывает лишь о прошлом этой группы и практически ничего – о нынешней работе.
